Александр Заречнев налился краснотой, побагровел, опустил голову. Он искренне не понимал, чем вызван гнев Диты, хозяйки Звездной Академии. Неужели очередным влюбленным взглядом, который он вновь не сумел скрыть от неё?

Ничего не предвещало этой «бури». Утро началось, как обычно – зарядка, тренировка, легкий завтрак…. Следующим «пунктом» ежедневной «программы» звездных рекрутов были полеты на тяжелых суборбитальных старках и легких одноместных истребителях. Дита, как обычно, с утра, ненадолго заглянула в комнату, где внутри реанимационно-сканирующего аппарата восстанавливал свои многочисленные повреждения и увечья, (точнее было бы сказать – воскресал из мертвых) Демьян Паршин. Первый пилот Звездной Академии после падения с многокилометровой высоты каким-то невероятным чудом остался жив, но ранения получил настолько многочисленные и серьезные, что вот уже месяц медицинская машина с упорством и искусством, недоступным людям, возвращала жизнь в могучее тело лучшего летчика экипажа элойки. Что она там делала, о чем разговаривала с Демьяном, осталось неизвестным. Но результат очередного обмена мнениями командира корабля и его первого пилота оказался самым неожиданным и удручающим – для Александра, во всяком случае.

Заречнев, не скрывая выступивших слез, дрогнувшей походкой шагнул в сторону комнаты, в которой они обитали с Ар'раххом – здоровенной хвостатой зеленокожей рептилией с планеты Дракия, на которую землянина пару лет назад забросила Судьба, но – по воле одного из самых могущественных Сенаторов Города Богов.

– Ты его г'онять? – понял, наконец, смысл происходящего зеленый верзила, обращаясь к бессмертной. – Саш'ша – мой б'рат к'крови. Я не м'гу д'ать ему ид'ти один! Я – ух'дить тоже! – он шагнул вслед за другом.

– Нищему одеться – только подпоясаться! – проворчал Заречнев, раздраженно сбрасывая в походный вещмешок свои скромные пожитки. Неожиданно он схватил свой рюкзак, одним яростным движением вытряхнул его содержимое на кровать. – Да пошла она в жопу со своей Звездной Академией! Сучка бессмертная! – взорвался он, дав, наконец, волю переполнявшим его чувствам. Благо, никто из курсантов, кроме Ар'рахха, в этом момент его не слышал. Он разорвал на себе летный комбинезон курсанта Звездной Академии, слишком резко снимая (а точнее – сдирая!) его с себя.

Затем, с видимым чувством облегчения он вынул из скомканной кучки тряпья и натянул на себя потрепанные шорты из кожи песочного цвета, и такого же цвета безрукавку.

– Ну, чё, брат? Вперед на мины, за орденами?

«Брат» задумчиво посмотрел на него с высоты своего роста, тоже скинул с себя просторную хламиду. Из «одежды» на нем остались только шорты, из которых сзади еще и хвост торчал. Он накинул на плечи плащ, огромной трехпалой ручищей зацепил свой тетивник.

– Я г'тов! Куда дв'нем?

– Не знаю. Давай сначала выберемся из города. А там посмотрим.

– Я вами! – послышался от двери «сверчковый» голос Маши. Бывшие гладиаторы дружно обернулись. Жучиха-богомолка стояла в квадратном проеме одетая и оружная. На поясе у неё поблескивал крохотный «богомольный» бластер – тот самый, который был у неё, когда они впервые «встретились» с Заречневым – на Дне Патруля.

– А ты-то куда? – не смог скрыть своего удивления землянин. – Выгнали меня одного. Ну, с Ар'раххом тоже все понятно – как-никак, мы же друзья А тебя-то какой черт с нами понес? Тебе за свою жизнь можно не опасаться. Все-таки ты – Принцесса Улья!

– Теперь ты и Аррах – мой Улей. Я с вами всегда.

У Сашки потеплело на сердце. Он пожал плечами, скосил глаза на молодого охотника. Тот едва заметно кивнул головой.

– Хорошо! С нами, так – нами! Но бластер придется оставить! Незачем знакомить аборигенов с инопланетными технологиями. Они и без того чересчур кровожадные!

Жучиха молча отцепила лучемет, вместе с кобурой забросила его под кровать землянина.

– Нож-то можно? – с легкой иронией поинтересовалась она, повернув голову, увенчатую огромными фасеточными глазами в сторону здоровенного тесака, болтающегося на поясе у Заречнева.

– Нож – можно! – отрезал Сашка, подхватывая мешок….

Дита за всем происходящим следила с обзорной площадки дневного кругового дозора – верхней точки Императорского Дворца. Она печальным взглядом проводила троицу своих курсантов, направившихся к воротам главной цитадели Южной Империи, тяжело вздохнула. Видят Боги, но в сложившейся ситуации элойка не видела другого выхода.

Причем такой способ «решения» возникшей ситуации ей подсказал Демьян. Могучий землянин, хоть и покалечился изрядно при падении на склон горного кряжа, на его мыслительных процессах это не отразилось никак. Кстати, на следующий «шаг» её надоумил все тоже первый пилот.

– Олега ко мне! – приказала она стражнику, бодро явившемуся на её зов. У всех местных служак осталось в памяти, как она быстро, хладнокровно и жестоко расправилась с начальником местного караула, посмевшего усомниться в том, что она может пройти на аудиенцию к Верховному Служителю – властелину Южной Империи. С тех пор все её распоряжения местными воинами выполнялись только бегом и, как правило, очень точно.

Олег едва поспевал за стражником, громко бряцавшим доспехами об углы каменных коридоров, ведущих наверх, к площадке кругового дозора. За пару месяцев – с тех пор, как он, не без помощи Диты, смог «улизнуть» с пожизненной «каторги» в Поясе Ареса, землян заметно окреп. Это был уже не зажиревший увалень-компьютерщик с дряблыми мышцами и хорошо заметным «пузиком». Землянин загорел; ежедневные физические упражнения выгнали весь лишний жирок из его тела, сейчас он мало чем отличался от остальных звездных рекрутов. Собственно, именно это обстоятельство и побудило элойку пригласить на конфиденциальную беседу своего «так сказать, навигатора».