В шумной, бестолковой толпе римский декаданс выглядел как жалкое подобие «веселья». Женщины старались перещеголять друг друга прозрачными, развевающимися на ветру одеяниями и драгоценностями и делали вид, что крепко держат в руках украшенные самоцветами кожаные постромки. А обнаженные по пояс мужчины выпячивали грудь и гордились своими юбочками, сандалиями и медными браслетами на запястьях. Слишком много косметики, тошнотворный аромат духов, запах гашиша, отталкивающие ужимки… Лэмпарта охватило мгновенное и почти непереносимое отвращение ко всей компании.

Как раз в тот момент, когда Джон собрался обойти гостей по какой-нибудь боковой дорожке, он заметил поразительное существо. В колеснице, немного в стороне от остальных, размахивая руками, чтобы привлечь к себе внимание, стояла высокая черноволосая девушка, глядя на которую Лэмпарт почему-то подумал об амазонках. Донесся немного охрипший голос девушки, - видимо, она слегка перебрана спиртного.

– Вы заткнетесь когда-нибудь? Слушайте! Я стартую через минуту. Маршрут вам известен. Прямо, потом вверх на холм, затем направо, вокруг дома, еще раз прямо и назад сюда. Любой, кто догонит, сможет меня поиметь!

Гости разразились воплями, в которых слышалось разочарование. Лэмпарт понял, что обещанная награда ни на кого впечатления не произвела - как несбыточная. Казалось, девушка совершенно не обиделась. И тут раздался крик, а вслед за ним и другой:

– Дай нам шанс, Куколка! Как насчет форы?

Девушка сердито нахмурила изящные черные брови. В отличие от остальных разряженных гостей, на ней была лишь полоска золотой ткани, пропущенная через цепочку на поясе таким образом, что прикрывала грудь и спину. По-видимому, красотка считала, что похожа на «рабыню», но в том, с каким видом она вглядывалась в лица гостей, пытаясь найти решение, которое устроило бы всех, чувствовались властность и привычка добиваться своего. Неожиданно она заметила Лэмпарта и повелительно указала на него рукой.

– Ты!
– выкрикнула девушка.
– Валяй, забирайся в мою колесницу. Будешь пассажиром. Лишний вес. Ну как, сгодится в качестве форы?
– обратилась она к толпе, которая радостно загомонила в ответ - идея понравилась.

Лэмпарт от удивления замер на месте. Девушка сердито на него посмотрела и снова скомандовала:

– Иди сюда! Прикажешь ждать тебя целый день? Давайте, ребята, тащите его ко мне!

Лэмпарта схватили и, не обращая внимания на протесты, поволокли к колеснице, втолкнули внутрь, а затем поставили на дощатый пол рядом с красоткой. Вблизи амазонка оказалась еще прекраснее, чем издалека. Сильное гибкое тело навеяло на Лэмпарта мысли о тигрице, собирающейся на охоту.

Девушка кинула на него косой взгляд.

– Держись покрепче. Остальное тебя не касается. Лэмпарт заметил медный поручень и тут же в него вцепился, подумав мимолетно, что места здесь хватает, только чтобы стоять, тесно прижавшись друг к другу. На левое запястье девушка намотала поводья, в правой руке держала хлыст. Широко расставив ноги, она устроилась поудобнее, в последний раз огляделась по сторонам, издала пронзительный вопль и взмахнула хлыстом.

Лэмпарт наконец пришел в себя. Он видел, что лошади, запряженные в колесницу, напуганы шумом и криками и, если хлыст коснется их спин, мгновенно сорвутся с места и помчатся вперед. Он вцепился в поручень, опасаясь за свою драгоценную жизнь.

Вдоль асфальтированной дороги шли специальные дренажные желоба, и уже через несколько ярдов после старта железные колеса соскользнули на поросшую травой обочину. Колесницу подбросило, и Лэмпарт толкнул девушку. Та сердито рявкнула:

– Отвали, идиот, мы из-за тебя перевернемся!

Обвинение было таким незаслуженным, что Лэмпарт на несколько секунд лишился дара речи, а колесница тем временем снова выбралась на середину дороги. Но когда она неминуемо соскользнула на другую сторону, Джон осмелился крикнуть:

– Так нельзя! Нужно сдерживать лошадей и управлять ими!

– Не твое дело!
– отрезала красотка, занося хлыст для нового удара.
– Я хочу, чтобы они бежали как можно быстрее, кретин!

Колеса снова съехали на обочину; на сей раз обоих пассажиров прижало к противоположному бортику, причем девушка навалилась на Лэмпарта, который не мог пошевелиться. Он почувствовал, как наклонился пол, и отреагировал мгновенно, с силой оттолкнув от себя девушку в тот момент, когда повозка начала балансировать на одном колесе. Второе тут же опустилось на дорогу, а спутница Лэмпарта отлетела к другому бортику. Отчаянно пытаясь удержаться, она выронила из рук хлыст и поводья. Лэмпарт в последнюю минуту успел схватить ее за тонкий поясок и втащить в колесницу - девушка чудом не вывалилась на дорогу. Покраснев от ярости и бросая на него сердитые взгляды, прекрасная амазонка вскочила на ноги и вцепилась в поручень.

Девушка что-то ему крикнула, но он не понял ни слова, зато успел поймать поводья в тот момент, когда они уже практически соскользнули вниз. Лэмпарт натянул их, ухватился поудобнее обеими руками и откинулся назад, пытаясь затормозить - с таким же успехом он мог надеяться остановить лавину.

– Нам с ними не справиться! Они должны сами успокоиться. Другого выхода все равно нет.

– Ты чуть не выбросил меня на дорогу, черт побери!
– взвизгнула амазонка.
– Мне бы следовало раскроить тебе череп!