Засунув руки в карманы и низко опустив голову, Пабло боязливо переступал ногами, искоса поглядывал на нож, бывший у нее за поясом. Нож показался ему тонким и длинным. Чтобы рассмотреть получше сделанную из оленьего рога рукоятку, ему пришлось немного закинуть голову.

«Просто меня не выпускают, – тихо сказал он, сам удивившись своей неожиданной доверительности. – Говорят, я болен и мне нельзя бегать, понимаешь?» – и он бессознательно приложил руку к сердцу.

В молчании они сделали несколько шагов, тут она остановилась и, не глядя на него, спросила, словно нехотя и как бы сквозь зубы:

«Что же это сегодня они позволили тебе гулять?»

Пабло воспользовался паузой, чтобы лучше разглядеть нож: он был приблизительно на вершок вынут из ножен с золотым окончанием, притороченных к алому кушаку, рукоятка у него была зелено-охровая со всеми грубыми складками оленьего рога, но отполированная до блеска.

«Мама сказала, что, может, я найду на земле какое-нибудь спелое манго, – прошептал он, продолжая глядеть куда глядел, – только мне домой пора».

Девушка решительно кивнула, так что грива ее волос качнулась, подобно колоколу.

«Только погуляем немного, – быстро сказала она, поняв из ответа, насколько нелепым был ее вопрос, и снова двинулась между деревьями. – А хочешь, я угадаю, о чем ты только что подумал? – добавила она через несколько шагов, в то время как Пабло не сводил глаз с пальцев ее левой руки, которые начали скользить по отполированным неровностям рукоятки. – Ты подумал… – сказала она наклонившись и на миг замолчала, увидев восхищенный, застывший взгляд и затаенную улыбку мальчика. – Ты подумал о тигре! – И так как он не ответил ей ни слова, она подтвердила это сама себе с шутливым удовлетворением: – Об этом ты и подумал».

Незаметно они дошли до того выступа манговой рощи, где она подвергалась первому вторжению диких зарослей, атаковавших деревья с пологого склона. Не молвив ни слова, девушка решительно и быстро присела рядом с Пабло, обхватив его поперек груди рукой. «Гляди!» – шепнула она и пальцем цвета слоновой кости указала на что-то видневшееся в зарослях. Большая золотая полоса блеснула за серой зеленью кактусов в лучах выглянувшего солнца, и из-за огромного мангового дерева – вся золоченая и словно расчерченная угольными полосами – показалась великолепная голова бенгальского тигра.

Рукой, охватившей тело мальчика, она почувствовала, как он вздрогнул, и отыскала ладонью место, где быстро колотилось сердце. И его, и ее, казалось, притягивает сияние зверя, который с каких-нибудь двадцати шагов оглядывал их, моргая, погруженный в полудрему, с которой не вязались удары хвостом по страшному шелку его боков. Ее бездонные серые глаза время от времени украдкой скользили по лицу Пабло, а тонкие губы нервными подергиваниями повторяли почти равномерные наплывы детского страха, восхищения и удивления, подстерегая конечный их сплав во вспышке радостного трепета. Неожиданно холодные пальчики с силой вцепились в ее пальцы.

«Почему ты не достаешь нож?» – тихо и с явным нетерпением выдохнул он вопрос. Девушка повернула голову и испытующе поглядела на него, подняв брови насколько могла. С быстротой стрелы, которую выпускают в момент наибольшего натяжения тетивы, она разогнулась и, повернувшись спиной к тигру и уперев руки в тонкую талию, откинула назад голову и весело рассмеялась. Рассердившись, что она мешает ему глядеть, Пабло подался чуть в сторону, но вместо тигра разглядел под деревьями лишь большое солнечное пятно, которое теребила тень игривых ветвей.

«Где он?» – не веря своим глазам, спросил малыш. Она пожала плечами и задумчиво улыбнулась: «Если бы знать. Нет такого тигра, который решился бы сойтись один на один с таким храбрецом, как ты, – и, заметив, что он нахмурился, посчитав ее ответ легкомысленным или глупым, добавила с шутливым вздохом: – Пора на корабль», – и лениво кивнула влево.

«Там ведь погост», – сказал Пабло, искоса поглядывая на нее.

«Ну и что же? – молвила она, отводя глаза. – Там еще есть и река. Пошли?»

Оттого ли, что она не могла отрешиться от мыслей, от странной ли озабоченности, которую пыталась прогнать быстрыми, нервными жестами, но шла она сейчас, потеряв счет шагам, как в начале прогулки – ее спутник; именно поэтому так неожиданно пахнула им в лица лесная прохлада. А Пабло шедший рядом, не переставал задавать бесчисленные вопросы, на которые она отвечала нехотя, иногда просто кивком: да, тигры, конечно, на них охотятся лицом к ветру, – и время от времени нетерпеливо дергал ее за рукав. Его внезапное молчание заставило ее остановиться. Мальчик чуть поотстал, он стоял бледный и с жадным любопытством смотрел влево, где виднелась поляна. Девушка резко повернула голову и увидела повешенную собаку.