Не теряя времени, Хлоя проворно включила нагреватель и освещение, нажала на кнопку радиоприемника и надела передник. Осталось собрать волосы в пучок – и она готова. Да уж, тут не до модных нарядов! И кто бы мог предположить, что дочь мэра сможет довольствоваться такой малостью! Но иного она не хочет.

– Немного рановато, девочка, не находишь?

При звуке ворчливого, чуть надтреснутого голоса Хлоя обернулась.

– Нужно же кому-то держать тебя в ежовых рукавицах!

Огастина улыбнулась, показав широкую щель между передними зубами.

– Как хорошо, что кое-кто в этом городе ничуть не изменился и по-прежнему терпит нахальных девчонок!

Хлоя помрачнела. Она прекрасно поняла, на что намекает Огастина. Слухи о том, что "Сьерра риверз", могущественная фирма, выбрала Хизер Глен для постройки нового курорта, приняли поистине угрожающие размеры. Но жителям поселка это пришлось по вкусу. Многие начали скупать пустующие земли вокруг городка, надеясь продать их корпорации по завышенной цене. Отец и сестра Хлои, заразившись золотой лихорадкой, вложили безумные деньги в это весьма ненадежное предприятие.

Городок нищал на глазах. Туристы здесь почти не появлялись, потому что Хизер Глен был довольно далеко от шоссе и цепочки голубых озер Мэмет Лейке. Строительство курорта могло бы возродить живописный шахтерский поселок. Хлое было невыносимо видеть, как не слишком богатые друзья и родные тратили все что имели на землю, за которую, если слухи окажутся ложными, никто не даст и цента. Ей очень хотелось узнать, кто разносит эти сплетни и есть ли в них хотя бы доля правды.

Огастина с гримасой отвращения на морщинистом лице швырнула на прилавок газету. Огромные буквы заголовка бросались в глаза даже издали: "Компания "Сьерра риверз" начинает строительство курорта в Хизер Глен! Наш город спасен!"

Презрительно фыркнув, старуха исподлобья посмотрела на Хлою.

– Слава Богу, хоть ты еще не потеряла голову! И, надеюсь, не вляпалась во все это?!

– Нет, разумеется, – вздохнула Хлоя и, поправив непокорную прядь волос, шагнула к кухне. Обычно веселая и жизнерадостная, она никак не могла объяснить, почему на душе кошки скребут при одной мысли о новом предприятии, которое должно возродить жизнь старого города и обогатить его обитателей.

– У меня нет выбора.

– Неужели? Забавно слышать, особенно от тебя. – Огастина разразилась хохотом, таким громким, что даже закашлялась.

Тут старуха заметила, как раздражена Хлоя, и решила ее поддержать.

– Солнышко, – пробасила она, – ты же всю жизнь поступаешь по-своему. Разве нет? Не женщина, а воплощенное упрямство и своеволие! И всегда была такой, с тех пор как начала говорить.

– Я имела в виду деньги, – невольно улыбнулась Хлоя. – У меня нет свободных средств. Сама знаешь, сколько приходится ежемесячно отстегивать мистеру Торнтону.

– Он все еще пристает к тебе с арендной платой? – нахмурилась Огастина. – Ну и наглец! Он же прекрасно знает, что ты тратишь все свободное время и деньги, чтобы удержать на плаву "Тин Худ"! Не будь тебя, этим ребятишкам, включая его собственных обормотов, некуда было бы податься после школы, разве что шататься по улицам и творить пакости.

– Думаю, ему на это наплевать, главное, чтобы я вовремя платила.

Хлоя приготовила все необходимое для пользующихся заслуженной популярностью булочек с черникой и обернулась к Огастине.

– Не могу сказать, что осуждаю его за это. Я вовсе не хотела запаздывать со взносами, но так уж получилось. Вечно я залезаю в один долг, чтобы заплатить другой. И каждый раз надеюсь, что все как-то образуется. Но когда-нибудь мои дела наладятся.

– Наладятся?! У тебя? Хотела бы я дожить до этого дня! – Огастина энергично стянула тесемки фартука на несуществующей талии. – И держись подальше от теста.

Хлоя как раз успела проглотить большой кусок теста. Восхитительно! Огастина укоризненно покачала головой, а Хлоя едва удержалась, чтобы не сунуть в рот еще ложку теста.

За последние годы ее фигура стала куда стройнее, хотя приходилось бороться с каждой унцией лишнего веса, занимаясь по утрам ненавистной гимнастикой, – силы воли Хлое было не занимать. Этому способствовало и упорное нежелание Хлои покупать одежду большего размера. Но пристрастие к вкусной еде было неистребимо. Вот и пришлось утешаться платонической любовью к кулинарии.

Огастина может не поверить, но Хлою просто трясет от страха при мысли о долгах. Если она потеряет "Домашнюю выпечку"… просто не сможет жить. Увянет. Как не сможет жить без участия в разных проектах и программах, отнимающих столько времени. Кризисный центр для трудных подростков, обучение неграмотных женщин, спасение океана… Хлоя готова все отдать за правое дело, но ее силы, пожалуй, на исходе.

Шершавая рука Огастины неожиданно опустилась на ее плечо. Девушка испуганно вздрогнула.