– Я пришла узнать насчет работы, – глядя ему прямо в глаза, сухо ответила она.

Гонсалес понял, что девушка и не собирается притворяться, будто между ними ничего не произошло. Все же интересно, зачем она ходила на его выступление? Что ж, рано или поздно он узнает.

– Как раз то, что нам нужно! – Других кандидатов у них, впрочем, не было. Эдвард усмехнулся. – Придется нанять вас.

Гонсалес закрылся в своем кабинете, и оба собеседника почувствовали себя свободнее после его ухода.

– Хорошо, мисс Литтон. У вас отличная характеристика, и, хотя мы не требовали от секретаря навыка стенографии, он может очень пригодиться. Не могли бы вы напечатать пару абзацев?

Джулия достала из сумочки блокнот и ручку. Застенографировать отрывок журнальной статьи, прочитанной со средней скоростью, не составило особого труда. Затем она быстро перепечатала свою запись, с облегчением заметив, что ни одна клавиша старенькой печатной машинки не западает.

Фернандо сообщил, что окончательное решение о ее приеме на работу – за Гонсалесом. Заранее настроившись на неприятные вопросы, Джулия позволила ввести себя в клетку ко льву.

Эдвард разговаривал по телефону и жестом указал девушке на кресло. Время от времени он в чей-то монолог вставлял «да» или «о'кей» и проводил рукой по черным волосам. При этом он не спускал с нее глаз, как бы спрашивающих: «Между нами есть что-то общее?»

В мягкой глубине его черных глаз таились наслаждение и… опасность. Искра, вспыхнувшая между ними после его выступления в университете, разгоралась ярким пламенем. Намеренно или нет, но его губы приоткрылись. Как, должно быть, приятно их прикосновение!

С трудом Джулия отвлеклась от фантазий и приказала себе смотреть на Гонсалеса лишь как на источник дохода для племянника. Но, несмотря на благие намерения, когда он, наконец, положил трубку и обратился к ней, по всему ее телу пробежала дрожь.

Гонсалес прочитал характеристику и несколько слов, написанных Руисом, и снова оценивающе взглянул на свою собеседницу.

– Как вы печатаете с ними? – спросил он по-испански, глядя на ее длинные, аккуратно накрашенные ногти.

Если Эдвард думал смутить ее, продолжив собеседование на испанском, он ошибся. Джулия вежливо улыбнулась.

– Я к ним привыкла, – ответила она. – До обучения в школе секретарей я работала маникюршей.

– Почему вы хотите работать у нас?

– Это очень просто, – слегка улыбнулась Джулия, – мне нужны деньги. Моя бабушка слишком стара и…

– Вы замужем или помолвлены? – перебил он ее.

– Не вижу, какое это имеет отношение к делу.

Глаза Эдварда блеснули.

– Хорошо, я не буду спрашивать. Давайте поговорим о другом. Что вы думаете об иммигрировавших фермерах? Заслуживают они получения равных прав с американцами?

На отвлеченные темы Джулии было легче найти общий язык с Гонсалесом.

– Все люди заслуживают справедливого обращения, независимо от их происхождения, – сказала она. – Вы думаете, что, будучи человеком из бедной семьи, я боюсь, как бы иммигранты не заняли все рабочие места, но это не так. По моему мнению, в этой стране все равны.

Было видно, что она говорила от чистого сердца.

– Я думаю так же, мисс Литтон, – согласился, широко улыбаясь, Гонсалес. – Место секретаря ваше. А теперь, пожалуйста, напечатайте парочку писем.

Если бы не его обаяние, было бы намного легче ненавидеть его. Достав записную книжку, Джулия застенографировала текст под диктовку и затем спросила:

– Что-нибудь еще?

– В общем, да, – начал Эдвард извиняющимся тоном. – Вы не могли бы сегодня вечером вести протокол собрания фермеров-иммигрантов в Кастровилле? Вам будут выплачены сверхурочные.

Если Джулия засомневалась, то не из-за Джонни: бабушка присмотрит за ним.

– Кастровилл довольно далеко отсюда, – заметила она, – а моя старая машина часто выходит из строя, и я стараюсь не совершать на ней долгих поездок, особенно в поздние часы.

– Нет проблем, – ответил Гонсалес. – Вы можете поехать вместе со мной.

Отлично! Эта поездка поможет ей узнать его получше.

– Хорошо, – согласилась Джулия. – Я только предупрежу бабушку, что задержусь.

Гонсалес пригласил в кабинет Фернандо. После того как она позвонила бабушке и напечатала письмо, Джулия несколько раз ответила на звонки.

Когда Фернандо вышел из кабинета босса, он остановился у ее стола, прокашлялся и сказал:

– Примите мои поздравления, мисс Литтон. Надеюсь, вам здесь понравится.