Ивон слушала, закрыв глаза.

— Как, по-твоему, я должен был отреагировать на такое заявление? — продолжил Робби. — Естественно, я возразил ему. Она из ФБР? Какая чушь! Это просто смешно. Давай спросим у нее. Уолтер, слава Богу, слишком большой ханжа, чтобы подойти к машине и осведомиться у дамы, не она ли развлекалась в постели с его приятелем несколько лет назад. К тому же он делал вид, будто ФБР его совершенно не волнует. Просто проявил обыкновенное любопытство, и все.

— Вляпалась в дерьмо! — воскликнула Ивон, когда к ней вернулась способность говорить. Она даже забыла, что никогда при Робби не выражалась.

— Итак, дорогая Ди-Ди, давай обсудим, что делать.

— Будь оно все проклято!

Ивон трясло. С одной стороны, Уолтер все-таки взял деньги, значит, это не провал. А с другой… И, вдобавок ко всему, ужасно стыдно. Ведь разговор Робби с Вунчем слышали Макманис и Сеннетт. И остальные. Сеннетт, наверное, уже встал на уши.

— Понимаешь, Робби, на все сто процентов Кармоди уверен быть не может, потому что мы были пьяные в стельку. — Она побарабанила пальцами по колену. — Поэтому он и спросил у Уолтера.

— Вероятно. Но, мне кажется, Уолли только прикидывался, что ему это безразлично. На самом деле он немного струхнул. Я это почувствовал. Возможно, его удалось как-то успокоить. Но все равно вопрос остался.

— Да, я того парня недооценила, — промолвила Ивон, обращаясь скорее к себе, чем к Робби. — Смотрела, как на пустое место. Зря.

Это случилось в восемьдесят шестом году, в другой жизни. В тренировочном лагере ФБР в небольшом городке Хоганс-Элли, куда ее впервые пригласили поработать инструктором. Ивон горько рассмеялась:

— Неудивительно, что я его не узнала. Тогда он выглядел симпатичнее.

— Я тебя понимаю, — отозвался Робби. — Роман на одну ночь. Со мной тоже бывало такое. К тому же алкоголь. — Он надолго задумался. — Остерегайтесь случайных связей. Агентам ФБР к этому предупреждению надо бы прислушиваться в первую очередь.

— Робби…

— Вот тебе и конспирация.

Он вырулил в переулок и дал полный газ.

— Ты помнишь, о чем мы говорили? В тот вечер, после Косица. Помнишь, как ты рассказывал о своих ночных страхах?

Она услышала глухое бульканье. Он наливал себе водку.

— Конечно, помню.

— Это тоже выдумка?

Он издал тихий звук, похожий на стон.

— Нет. Это дерьмо было совершенно искренним.

— В таком случае тебе не трудно вообразить, каково вглядываться в себя и не понимать, что там находится внутри. Ты меня понял?

Робби медлил с ответом, затаившись в темноте.

После того, как он снял Хитреца и сообщил Ивон о Кармоди и подозрениях Уолтера, они некоторое время поездили по городу. Он сердился, чувствуя себя обманутым. Потом, наблюдая за Ивон, видя ее потерянность и смятение, смягчился. А она, шокированная неожиданным возвращением давно забытого прошлого, все пыталась высчитать, во что обойдется этот прокол для операции и для нее. Если бы Робби тогда высадил ее на углу, она бы, наверное, не сумела добраться до дома.

— Зачем заранее паниковать? — сказал он. — Может, ты вовсе и не прокололась.

— Хорошо бы, — отозвалась она. — Но свою работу я должна продолжать в любом случае.

Наконец Ивон созрела для того, чтобы отправиться к Макманису. Робби остался ждать ее в машине.

Она вошла в кабинет к Джиму и молча положила на стол Хитреца.

— Как по-вашему, — спросил он, — Вунча удалось успокоить?

— Надеюсь, да, — промолвила Ивон. — Что касается Робби, то он почти уверен. А Сеннетт? Взбесился?

— Естественно. Говорит, во всем виноваты «перевозчики». Они должны были предусмотреть подобную ситуацию. — Джим мрачно усмехнулся. — Интересно, как вы ответили на вопрос анкеты, где требовалось перечислить все любовные приключения за последние десять лет?

Ивон встрепенулась.

— Я об этом и думать забыла!

— Понимаю, понимаю. Вы не виноваты.

Конечно, всему виной досадное стечение обстоятельств. Агентов довольно часто узнавали копы и прокуроры. Впрочем, неудивительно. Поэтому Макманис с Сеннеттом решили, что еще не все потеряно. И Джим ее спокойно отпустил.

Когда Ивон снова уселась в «мерседес», Робби поинтересовался, не желает ли она выпить. А ей очень хотелось, и она не стала этого скрывать. Он остановился у магазина и через несколько минут принес бутылку водки. Ивон размышляла недолго. Оставаться одной сейчас просто невозможно, и чтобы хоть как-то вознаградить себя за страдания, она пригласила Робби к себе.