Решив с этой минуты пользоваться телепатией только в экстренных случаях, Харитонов потрепал Тора по загривку и спустился во внутренний двор, где шли учения.

Пока Дерлок руководил подготовкой к обороне, а солдаты копали ямы с насыпями перед каждой, Денис брал уроки владения мечом у пожилого слуги, который оказался бывшим воином. Ледор, не имевший фамилии, а только кличку — Кинжал, в последней битве сильно повредил колено и ходил прихрамывая на левую ногу. Дэн вскоре после знакомства запретил ему кланяться, так как при этом старику приходилось отставлять негнущуюся ногу назад, а это было и больно, и неудобно.

Ледор совершенно не соответствовал представлениям Харитонова о настоящем воине. Он был мал ростом и выглядел тощим и хрупким. Денис недоумевал, каким образом этот старичок умудряется размахивать тяжелым мечом, да так, что кажется — не кусок железа у него в руках, а пушинка.

Когда парень спросил слугу, в чем тут секрет, Кинжал засмеялся и приподнял рукав рубашки, обнажив сильную, жилистую руку и поиграв не такими рельефными, как у Дерлока, но тем не менее внушительными мускулами.

— Я ведь тоже когда-то был молодым, господин, — сказал Ледор. — И был очень похож на вас. Тот же рост, телосложение, неуверенность. Кажется, прошла вечность с тех пор, как я помогал матушке в лавке. Всего полгода войны навсегда изменили меня. Чтобы выжить, приходилось много тренироваться. А тренировки дают силу и опыт.

И Денис посвятил все оставшееся время урокам Кинжала. Харитонов оказался способным учеником и, несмотря на то, что быстро уставал, прекрасно отражал удары и запоминал приемы защиты и нападения.

— Если ваш меч становится легче перышка во время битвы. — поучал Ледор, — то нужно прежде развить ловкость, а потом уж силу.

— Не знаю, поможет ли это, — вздохнул Денис. — У меня тяжелое предчувствие. Как будто должно случиться что-то плохое.

— С крепостью? — спросил Кинжал, нахмурившись.

— Нет. Со мной. Стыдно признаться, но я очень боюсь. Просто до обморока, — тихо ответил Дэн. — Гляди, Ледор, я весь дрожу. Хорош воин Синего Меча, нечего сказать!

Как и предвидел Дерлок, войска Монкарта подошли к Атене на четвертый день пребывания Дениса в крепости. Хотхи-разведчики доложили о прибытии врага рано утром, когда все вокруг было еще погружено в сумерки.

День сражения выдался на редкость хмурым и ненастным. Даже тучи над головой, уже ставшие привычными Для кейлорцев, казались не темно-серыми, а просто черными. Где-то за горами Керлиака сверкали молнии и доносились низкие раскаты. Накрапывал мелкий дождь.

Объехав позиции, Хайт остановился напротив Дениса и оглядел его с ног до головы. Харитонову изготовили облегченную кольчугу и подобрали высокие сапоги с защитными наколенниками. Дэн отказался от плаща, посчитав, что в сражении он будет только мешать, и теперь мок под дождем с непокрытой головой.

— Шлем надень, что ли, — проворчал Хайт. — Броня у тебя ни к Хаосу. Проткнут как пить дать. Оглянуться не успеешь. Ты держись подальше от горячих точек. Не хватает только потерять человека из командного состава.

— Ого! — приподнял брови Денис. — Оказывается меня уже в полководцы записали!

— А ты как думал? — отозвался Дерлок. — Все воины Синего Меча были полководцами. Ты — не исключение. Раз меч тебя выбрал, придется стать его воином. Но запомни: не вздумай соваться в гущу сражения.

— И не подумаю, — заверил его Денис, понимая, что скорее всего струсит еще в самом начале битвы.

Он провел ладонью по мокрым волосам, убрав со лба слишком отросшие за последнее время пряди. Капли стекали по лицу; он уже устал смахивать их. Харитонов пришпорил коня и не спеша объехал каждый окоп, ещё раз проверив, все ли сделано так, как он задумал.

Когда он возвращался, с башен крепости донеслись трубные звуки боевых рогов. Резко лязгнуло оружие.

Лучники достали из-за спин длинные изящные луки и приготовили стрелы. Солдаты обнажили мечи. Все защитники стали напряженно всматриваться в полумрак. Дениса прошиб холодный пот, но он вынул из ножен древний клинок, и страх отступил.

Пехотинцы поблизости с трепетом смотрели на слабо светящееся лезвие и на его обладателя. В тот момент Дэн даже не подозревал, что впоследствии эти люди будут с гордостью вспоминать, как воевали с самим воином Синего Меча. Не подозревал он и того, как уверенно держится на коне, вызывая зависть даже у бывалых наездников, каким бесстрашным выглядит со стороны.

И наконец на горизонте показалась черная полоска вражеских войск. С каждой секундой она росла; вскоре можно было различить передний строй ларомонтов. Послышался отдаленный бой барабанов.

Денис не сводил глаз с приближающихся врагов. Страх исчез, но осталось смутное беспокойство. Ожидание было тягостной, бесконечной пыткой, от которой иногда ныло в груди, а в голове поневоле возникали неутешительные мысли.

— Скорее! — шептал Харитонов. — Скорее!

Ларомонтам потребовалось около получаса, чтобы подойти на расстояние выстрела. Строй монкартовых тварей был неровным, они шли медленно, словно боясь скрывшихся за стенами крепости кейлорцев.