— Не знаю. Он прав насчет пентаграммы. Вряд ли мы найдем еще кого-то, кто мог бы вернуть нас домой. Похоже, у нас нет выбора.

— Что ж… — медленно произнесла Антония. — Раз так, то нам ничего другого не остается. Поздравляю, господин маг, вы выиграли. Мы станем вашими союзниками. Но учтите: я ничегошеньки не смыслю в колдовстве. Поэтому не удивлюсь, если вы отправите нас с Дэном домой на следующей же неделе.

— И не подумаю, — с ухмылкой заверил ее Борис. — Через три недели мы будем в Древних Архивах, где начнем обучение. Могу поспорить, что после первого же урока магии вы сами не захотите возвращаться.

— С самого начала этой заварухи мы только и мечтаем о том, чтобы вернуться, — проворчал Денис.

— О, скоро ваши мечты станут другими, вот увидите, — сказал Старший Маг Кейлора и рассмеялся.

Тоня не спеша, придирчиво оглядывала себя с головы до ног. Час назад она приняла ванну, переоделась и теперь изучала свое отражение в большом зеркале у стены в комнате, которую определила ей Энея.

Дворцовая прислуга хорошо знала свою работу. Девушке не дали ни вымыться, ни вытереться, ни переодеться самостоятельно. Ей во всем помогали, как немощной или маленькому ребенку. Даже в комнату отвели чуть ли не за руку, чтоб не заблудилась.

— Война! — прорычала Тоня, одергивая рукава шикарного темно-зеленого платья с золотистым вышитым узором на канте. — Хорошо кейлорцы воюют, нечего сказать! В моем гардеробе штук пятьдесят разных нарядов, если не больше! Лучше бы пустили на оплату наемникам те деньги, что ушли на материал и пошив!

Девушка с раздражением топнула каблучком великолепных малахитового цвета сапожек с золотой шнуровкой. Она злилась не столько на бездарный расход средств, сколько на Бориса Кочкина.

Проклятье! Да у этого парня мания величия! Его уверенность в себе и абсолютная невозмутимость раздражает. Да какое там… просто бесит!

Тоня снова стукнула по паркету каблуком, проделав в нем на сей раз аккуратную квадратную вмятину.

Она провела в Белом Дворце всего пять часов, а уже сгорала от желания поскорее сбежать отсюда. Останавливала Антонию только мысль об огромной мягкой постели с балдахином и о сытном ужине, который ожидал её и Дениса через час.

— Ладно уж, — пробормотала девушка, понемногу успокаиваясь при взгляде на пуховую подушку и белоснежное одеяло на кровати посреди комнаты. — В принципе тут совсем неплохо.

«И, по крайней мере не скучно, — добавила она мысленно. — Одна примерка нарядов отняла часа три».

Тоня окинула взглядом помещение, в котором находилась. Ближайшие несколько дней ей предстояло здесь жить.

«Конечно, не сравнить с моей комнатой, — подумала Тоня. — Но все необходимое здесь есть. Шкаф, кровать, зеркало, письменный стол с креслом. Над умывальником висят три полотенца. На столе пачка листов бумаги и шариковая ручка. Борис, конечно, постарался… Из окна — потрясающий вид. Правда, еще телевизор не помешал бы».

Девушка тяжело вздохнула, вспомнив любимый сериал по пятницам. Теперь достижения науки и техники Терры, как она назвала свой мир, казались сном, а реальностью были кейлорские маги и чудовища…

Стук в дверь прервал ее размышления. От неожиданности Тоня вздрогнула и вскочила.

— Кто там? — спросила она не слишком приветливо, недовольная тем, что ее испугали.

— Госпожа Антония, — послышался за дверью робкий голос. — Это я, Эна, жена Старшего Мага.

Тоня бросилась открывать, мысленно ругая себя за то, что смутила хозяйку дворца. Еще, не дай бог, подумает, что гостье неудобно!

Отворив тяжелую дверь, девушка улыбнулась самой счастливой улыбкой, на какую только была способна. Похоже, это действительно успокоило вошедшую в комнату Энею, сначала показавшуюся Антонии немного растерянной.

— Я подумала, вам скучно одной, — застенчиво улыбнулась Эна.

— Очень рада вашему приходу! — сказала Тоня, которую визит маленькой женщины и вправду обрадовал. — Всего несколько минут назад я закончила примерку последнего платья. Так что теперь мне совершенно нечего делать.

Лицо Эны просияло от счастья.

— Как хорошо, что у вас есть свободная минутка! — воскликнула она, глядя на Тоню с детским восхищением. — Я так хотела с вами поговорить, расспросить о том мире, откуда вы пришли! Знаете, мой Боря ничего не рассказывает, как ни упрашивай. Просто улыбнется и промолчит. Я даже обижаться пробовала, но меня хватает всего на несколько часов.

Антония улыбнулась, подумав о том, что и она не может больше, чем на час, поссориться с Денисом.

— В нашем мире нет ничего особенного, — сказала они. — Мне вообще трудно его описать… Там почти такие же люди, только у наших уши не острые. Там такие же цветы и деревья, похожие животные. Правда, у вас очень много земноводных. Думаю, в моем мире нет такого многообразия.