Лера очнулась на своей кровати, под одеялом. Кран больше не капал. Рядом она различила силуэт сидящего мужчины.

— Лера, Лера! — звал он ее по имени.

— Вы кто?

— Я — Сергей. Знаете, нехорошо все получилось. Я вовсе не для того заходил, чтоб вы заявление не писали. Пишите, ради бога. Может, отсижу — легче станет. Стыдно мне, Лера. Привык всю жизнь со всякой швалью возиться и никак отвыкнуть не могу. Я ведь двенадцать лет преступников ловил. А тут не смог человеческую душу разглядеть. Уперся в свою инструкцию, как баран! — говорил Сергей быстро и нервно, видимо, боясь, что Лера его прервет. — Простите меня, Лерочка.

На кровать лег свежий букет роз с мокрыми от воды черенками. Лера коснулась нежных бутонов и улыбнулась.

— Может, вам и вашей семье помочь чем надо? — продолжал Сергей. — Я могу. Лекарства какие? У меня есть знакомые, все достанут. Вы только не вставайте больше.

— Ладно, не буду, — пообещала Лера.

— Ну, я пойду, вы спите, — Сергей едва коснулся ее руки, поднялся. — Спокойной ночи.

— Спокойной, — сказала Лера, закрывая глаза. Она все еще не могла поверить, что он вернулся, и снова принес цветы, несмотря на дикий скандал, устроенный матушкой. Упрямый! И не врет, судя по всему…

Сергей шел по больничному коридору. Навстречу ему попались два здоровых парня в белых халатах. Сергей наметанным взглядом оперативника сразу различил в них “быков”. Обернулся им вслед. Парни на мгновение задержались перед Лериной палатой, вошли внутрь.

Сергей немного постоял, раздумывая. А вдруг не “быки” вовсе, а медики? Хирурги? Он повернулся и, стараясь не спешить, направился к Лериной палате.

— Ты, девочка, забудь про все! Если менты спрашивать будут, говори оступилась, башкой о поребрик стукнулась, — говорил парень, наклонясь над изголовьем. От него пахло пивом и табаком. Лера с ужасом смотрела в его холодные, немигающие глаза, тошнота подступала к горлу.

— Мужики, чего вам от девушки надо?

Парни обернулись. На пороге стоял Сергей.

— Ты кто, врач? — поинтересовался парень.

— Врач. А что? После семи посещение больных запрещено.

— Иди своей дорогой, врач. Это моя невеста. Мы сейчас с ней еще минут пять побазарим и уйдем.

— Нет, так дело не пойдет, — Сергей шагнул вперед. — Давайте-ка быстренько отсюда!

— Мирный, объясни-ка врачу что почем!

Второй парень двинулся на Сергея. Сергей понял, что должен начать первым, иначе его “вырубят” одним ударом. Он пнул противника в пах. Парень застонал и согнулся пополам. Следующий удар Сергей нанес сверху, по шее, укладывая “быка”.

— Ух ты, боевой врач оказался! — насмешливо произнес первый парень. Он резко развернулся и нанес Сергею мощный удар в челюсть. Моисеев осел на пол.

— Не надо! Не надо! — подвывала Лера, с ужасом наблюдая за происходящим.

— Ничего, поучим твоего врача немного! Здоровее будет, — сказал парень.

Второй поднялся с пола и начал с остервенением пинать Сергея ногами.

— Помогите! Помогите! — тихо скулила Лера.

— Хватит! — остановил его первый. — Ну что, девочка, все поняла? Если вякнешь, так опустим… Белый свет в овчинку покажется!

Как только парни вышли, Лера нажала кнопку вызова медсестры. Она вдавливала кнопку в металлическую панель и все шептала: — Помогите! Помогите!

Около таможенных стоек они попрощались. Алиса знала, что дальше — запретная зона, “табу”. Их не должны видеть вместе, потому что, как много раз объяснял ей, взбаломошной и ревнивой, Владимир Генрихович, появится повод для пересудов и сплетен, а им это ни к чему. Ему — поскольку наверянка найдутся доброжелатели, желающие ему быстрой “кончины” в качестве директора столичного супермаркета, ей — для дальнейшей “карьеры” в личной жизни. Те же доброжелатели нашепчут на ушко ее будущим мужьям и любовникам: Алисочка-то в подружках у Калюжного ходила. Такой роман, такой роман! Феерия плоти! Но на самом деле, все это так — для отмаза, для глупой и красивой девчонки. Владимир Генрихович не боялся сплетен и знал, что директором “супермаркета” он будет до тех пор, пока этого хочет его криминальная “крыша”. Авторитетам стоит только пальцем шевельнуть… И никакие деньги тут не помогут. А про любовницу они наверняка знают. Знают, посмеиваются, обсуждают, сидя где-нибудь в шикарной сауне с проститутками. Впрочем, ему все равно — пускай обсуждают! Кто еще вперед слетит? Вот в чем вопрос. Он — профи, а они… дерьмо! Просто Владимир Генрихович никогда не путал божий дар с яичницей. Любовница любовницей, работа работой. Сейчас, переступив границу таможенной зоны, он уже работал, и присутствие рядом женщины, которую постоянно хочешь, было ему ни к чему.

В зале прилета его поджидал водитель Юра. Он заулыбался, завидев Владимира Генриховича. Обменялись рукопожатиями.

— Здрасьте, как слетали?

— Ничего. Купил все, что хотел. Как там у нас? Представляешь, закрутился, даже позвонить некогда было.

— У нас… — Юра задумался, стоит ли сходу огорчать начальника, решил — нет. — Все хорошо у нас. С Евгением Викторовичем на рыбалку ездили.

Водителя в супермаркет они с замом специально наняли для того, чтобы иногда развлекаться без оглядки. Рабочий день у него был ненормированный. Одна из обязанностей Юры заключалась в том, что он должен был терпеливо дожидаться окончания банкетов и пикников, а потом развозить начальство по домам или куда оно пожелает. За это ему хорошо платили.

— Как рыбалка?

— Вот такие лещики, — Юра развел руки, показывая размер рыбы.

Владимир Генрихович рассмеялся.

— Такие только акулы в детстве бывают. Вас, рыбаков, могила исправит.

— Это точно, — улыбнулся водитель. — Домой?

— Надо еще товар получить.

— Много товару-то?

— На сто двадцать семь тысяч “баксов”. Не оставлять же его здесь!

— Ого! — Юра присвистнул.

— Я уже договорился, растаможку за полчаса сделаем.

Юра взял сумку Владимира Генриховича и направился к выходу.