Также в самых различных районах земного шара намечается тенденция к более раннему половому созреванию как среди девушек, так и среди юношей. Невольно увязывается это и с ускоряющимися темпами роста населения, и с достижениями медицины, а само это явление, получившее вместе с увеличением роста название «акселерация», относят к загадкам двадцатого века.

Множится число самоубийств, причем прежде всего в экономически развитых странах, таких, как Швеция, например. У значительной части молодежи вдруг модными становятся скепсис, неверие в завтрашний день, различные вариации «выпитого стакана», массовое увлечение пустячными затеями.

Быстро распространяется наркомания. По статистическим данным, опубликованным Центральной комиссией по опиуму в Женеве, число организаций, производящих наркотики, за последние десять лет возросло с 17 до 74. Ныне мировое производство опиума достигает 20 миллионов килограммов, а потребность медицины в опиуме во всем мире составляет лишь 400 тысяч килограммов. А опиум, как известно, не единственный наркотик.

Стремительно развивается химия полимеров, постепенно заменяющая естественную продукцию искусственной.

Сдает некогда незыблемые позиции религия, уходит в прошлое вера в потусторонний мир и т. п.

Эмансипируются, включаются в производственную и общественную жизнь женщины, что если и не удваивает, так сказать, «силу» человечества, то все-таки значительно увеличивает ее.

Фантастическими темпами развиваются самые различные отрасли науки, но особенно показательно появление «звездно-земных» наук, таких, как астробиология, астрогеография, астрогеология, появление геокосмологии, широкой области науки, изучающей Землю во взаимодействии с космосом и использующей знания о Земле для изучения космоса; возникновение эволюционной антропопсихологии, стремящейся понять и предугадать дальнейшую психологическую эволюцию человека; быстрое развитие футурологии, «науки о будущем», занимающейся прогнозированием самых различных сторон человеческого бытия — социальных, экономических, военных, преобразования природы, использования природных ресурсов и т. п.; осознание во всем мире необходимости науковедения, «науки о науке», ибо роль науки столь велика уже, что нельзя оставлять процесс ее развития неизученным; наконец, постепенное выявление в общей системе знаний антропономии, учения о человечестве как явлении природы, о месте человечества во Вселенной, об особенностях его участия в космических процессах, о будущем его.

Наступила эра ликвидации неграмотности. С помощью дешевых книг, кино, радио, телевидения культура двинулась в самые широкие людские массы.

Лавинообразно нарастает книжный рынок. Ежедневно в мире появляется не менее тысячи наименований новых книг (из них более двухсот — советских). Любопытно, что в 1800 году в мире издавалось 100 научных журналов, в 1850-м — около 1000, в 1900-м — более 10 тысяч, в 1950-м — примерно 100 тысяч. Если тенденция роста сохранится, то к концу нашего столетия на земном шаре будет издаваться что-то около миллиона научных журналов.

Сокращается рабочий день, то есть увеличивается свободное время, что повышает степень освоения индивидуумом — и человечеством в целом — накопленных знаний, степень их использования.

Умы людей захватывает археология, возникшая лишь в прошлом веке, их волнуют судьбы древних цивилизаций и малейшие следы их, не уничтоженные временем, — человечеству вдруг потребовалось узнать свою собственную историю со всеми ее сложностями и противоречиями.

Возник и утвердился новый жанр литературы — научно-фантастический. Если обычная литература прежде всего утверждала человеческое в человеке, утверждала человека в его общественном окружении, то наиболее перспективное и прогрессивное направление в научной фантастике утверждает уже не человека, а человечество в окружающем мире… Бурно развивается детективный жанр в литературе, в лучших своих образцах учащий логическому мышлению.

Наконец, человек вышел в космос.

Случайны ли все эти совпадения?.. Объявить их случайными — проще всего. Неизмеримо труднее понять логику исторического развития, приведшую к этим «странным» совпадениям, неизмеримо труднее понять причину этих совпадений, цель, закон, обусловивший их.

Вообще же определенно создается ощущение, что человечество как некое явление природы, как организация, «организм» — и тут совершенно прав В. И. Вернадский — исподволь готовится к выполнению каких-то новых своих жизненных функций, что какие-то имманентные причины выводят его на неведомые новые рубежи — и поэтому человечество набирается сил, перестраивается, самоорганизуется, подчас мучительно страдая при этом и преодолевая свои страдания.

Упоминание космоса в предыдущих главах, вероятно, навело кое-кого из читателей на мысль, что в космическом расселении человечества автор и видит, так сказать, некую возвышенную цель, о которой говорил еще на первых страницах.

Что ж, космическая фаза существования человечества действительно грядет, и мне сейчас придется говорить о ней. Но чтобы не затемнять проблему, я сразу же хочу предупредить, что отнюдь не в расселении человека по иным планетам вижу конечную цель человечества, его назначение. Создание многочисленных очагов разумной жизни в околосолнечном пространстве — это лишь база для выполнения человечеством своей миссии в природе, но еще не самая миссия.

Но база должна быть создана. А чтобы ее создать, человечество должно как бы выполнить некие стартовые условия. Что к космическим стартам готовятся космонавты — это теперь уже привычно, а вот что к ним готовится все человечество — это мы далеко не всегда замечаем. А «подготовка» между тем уже охватила и материальные основы бытия, и самые интимные стороны человеческой жизни.

Вот сейчас я и постараюсь расшифровать некоторые из «странных» совпадений, чтобы показать их логическую взаимосвязанность, внутреннюю взаимообусловленность.