Шрифт:
– Ух ты!
– удивился папа.
– Старый знакомый. Веня Жук.
– Знаменитый?
– Очень. Он у Каркадила в одной из его фирм работал экономистом. Денежки подсчитывал. Где ты его видел?
– А… Там, вдали.
– Алешка махнул рукой. Он умел уходить от прямых ответов кривой дорожкой.
– Пап, а кто такой Крыс? Нет, не Крыс. Дим, как?
– Крис, - подсказал я.
– Крис?
– Папа подумал.
– У моего друга овчарку так зовут.
– А если он не овчарка, то кто?
Папа припомнил:
– Кажется, у того же Каркадила одного охранника так называли. Я точно не знаю - кличка это или фамилия. А тебе зачем?
– Надо!
– Алешка умеет давать и прямые ответы. На кривые вопросы.
Тут вошла мама:
– Если ты опять что-то затеваешь, Алексей, то я тебя запру в вашей комнате.
– Недельки бы на две, - мечтательно произнес папа, снова укладываясь на диван.
Глава X
Теплоход «Ива»
Я проснулся очень рано. За окном тихо шелестел дождь. Ленивый такой, мелкий. В такой дождь ничего не хочется делать. Под такой дождь только спится хорошо. Если в школу, конечно, не надо.
Я повернулся на другой бок, поплотнее закутался в одеяло. Прислушался к дождю - начал сладко задремывать. Однако что-то мешало. Какой-то посторонний звук кроме шелестящего за окном дождя. Я приподнял голову: точно, Алешка не спит. Сидит на кровати, накинув на плечи одеяло и, прикрыв глаза, что-то бормочет. Я прислушался.
– Каркадил всех обманывал. Он никому не доверял. В этом сундуке он возил за собой не пивные крышки, а наворованные деньги. Что дальше? Он поплыл отдыхать на теплоходе «Иван Грозный». Его охранник Крис спрятал сундук где-то на теплоходе. Каркадил и Крис в тюрьме. Веня Жук под командой Зубастого… А это кто такой? Ладно, потом… Веня Жук под командой Зубастого обыскивает теплоход «Ива». Что они там ищут с помощью речной шпаны? Клад? Сундук Каркадила? Но ведь сундук-то на теплоходе «Иван Грозный». При чем здесь эта «Ива»? «Ива»… «Ива»… Она поет красиво… И растет криво… Дим! Ива - это дерево? Не человек?
– Отстань!
– Я отвернулся к стенке.
– Дай поспать!
– Тебе бы только поспать да поесть! Никакой фантазии!
– И он снова забормотал: - «Ива» называется теплоход. «Ива»… Дим!
– Алешка вскочил с раскладушки и бросился ко мне.
– Дим! Это никакая не «Ива»! Это «Иван Грозный»!
Я обернулся и проворчал:
– Там же написано русским языком на борту: «Ива». Где же, по-твоему, «н Грозный»?
– Отвалился, Дим! От старости. Отржавели эти буквы! И утонули! Вставай! Пошли!
– Куда? В Астрахань? Надоело.
– В поселок, Дим! Мы сейчас с тобой допросим эту речную шпану. Во главе с Полундрой.
– Отлупят они нас - и все! Весь допрос.
– Отлупят?
– Алешка захохотал так, что Митёк застучал кулаком в стенку. Алешка - ноль внимания.
– Отлупят? Да мы же людоеды! Пошли!
– Я вам пойду!
– пробасил за стенкой Митёк.
– Пока дождь не кончится, будете дома сидеть.
– А если он до Нового года не кончится?
– завопил Алешка.
– Кончится, - заверил его через стенку Митёк.
– На Новый год обычно снег идет. Спи дальше. Ты мне работать мешаешь.
– Подумаешь, - обиделся Алешка.
– Все равно вы вечером все, что утром напишете, зачеркивать будете.
– А вот и не все!
– Тут уже и Митёк обиделся.
– Самое хорошее оставлю. Спи!
Алешка плюхнулся на раскладушку так, что она завизжала.
– Не ушибся?
– ехидно спросил Митёк.
– Я сплю, - буркнул Алешка.
– Вы мне мешаете.
И он в самом деле уснул.
До обеда Алешка был мрачен, как дождливый день. Все время торчал у окна - дожидался хорошей погоды.
– Ты бы чем-нибудь занялся, - сказала мама. Она стояла у зеркала и красила глаза.
– Помог бы мне, например.
Алешка усмехнулся и взял кисточку. Папа сказал:
– Не смей!
– А пусть попробует, - не испугалась мама.
– У него хороший вкус.
– Он из тебя индейку сделает. Или зебру.
Мама полюбовалась на себя в зеркало, осталась довольна собой и сказала:
– Не надо зебру. И так хороша.
– Дождь кончился, - сказал папа. И улегся на диван с книгой.