Я захлопнул папку, и мы пошли за деньгами.

Не знаю, каким он был экономистом, но продавец из него получился. Оба сервиза были проданы, и Козлов вручил нам огромную тысячу рублей - по пятьсот за каждый.

Мы разбогатели. Триста отдадим, как договаривались, маме - на жвачки и другие «сникерсы», а остальное - нам.

– Вы начали исправляться, Виталий Андреич, - сказал я Козлову, - искупать свою вину. Продолжайте в том же духе.

– А что, это еще не все?
– жалобно спросил он.

– Далеко не все. Завтра вы позвоните Королеву и замогильным голосом предупредите его, что в подвал его дачи заложено взрывное устройство, эквивалентное тысяче тонн тротила.

Он побледнел, руки его затряслись.

– И это… заложить тоже я должен? Тысячу тонн…

– Нет, это мы сделаем сами.

Козлов вздохнул с облегчением и кивнул, соглашаясь.

– Только звоните из автомата, - посоветовал Алешка.

– Догадаюсь, - буркнул Козлов.

Мы сообщили Лене и Саньку о предстоящей акции и стали с нетерпением дожидаться ее результатов.

А Лешка решил пока попробовать разжиться последней информацией у папы. Начал издалека, ненавязчиво подлизываясь.

– Ну, - озабоченным тоном спросил он папу, когда тот уселся вечером напротив телевизора, - что у вас там, в вашем Интерполе, новенького?

– Да что тебе сказать? Все как-то по-старенькому. Вот на рыбалку собираемся в субботу. По гороскопу - хороший клев ожидается.

– Надо же! Для всех зодиаков, что ли?

Папа повертел в руках пульт, погонял программы, ничего стоящего, как обычно, не нашел.

– Понимаешь, Леха, не для всех. Для Львов и Скорпионов.

– А ты кто?

– Я - Змей.

– Вообще-то, похож, - двусмысленно согласился Лешка.
– А чего тогда едешь?

– Хочу в своей шляпе покрасоваться.

– Не надо портить отношения с коллегами, - вошла и посоветовала мама. И сразу же постаралась сменить тему. Напомнила: - У меня скоро день рождения. Давайте посоветуемся - что мне подарить?

– Что-нибудь большое?
– спросил папа.

– Необязательно, - отказалась мама.
– Лучше маленькое, но золотое.

Тут Алешка сообразил, что разговор уходит далеко в сторону и некоторым образом начинает угрожать нашим деньгам. Поэтому он опять вернулся к своим вопросам:

– Пап, а вот у Ленкиного деда монеты украли. Уже давно. Вы этим делом занимались?

– Не очень, - сказал папа, тоже довольный сменой темы.
– Это уголовный розыск расследовал. А мы только контролировали - не уходят ли монеты за границу.

– А у ребят есть деньги, - вмешалась мама.
– Вы можете скинуться на подарок.

– Они общественные, - сказал я.
– Мы их на доллары обменяем и в банк положим, под проценты.

– Пап, - гнул свою линию Алешка, в то время как я отбивался от маминых намеков.
– А чего же милиция эту коллекцию не ищет?

– Ищет. Ее сотрудники держат под постоянным наблюдением возможные точки, где может появиться эта коллекция: комиссионные и антикварные магазины, рынки, более-менее известных коллекционеров. Но дело в том, что похитители коллекции об этом догадываются и не спешат ее продавать. И, скорее всего, они будут искать покупателя среди иностранцев. Так безопаснее и выгоднее для них.

– А вы?…

– А мы-то как раз и контролируем те объекты, через которые коллекция может просочиться за рубеж. Понял?

Алешка кивнул. А папа, похоже, тоже кое-что понял.

– Так… Опять за свое? Опять лезете в чужие дела?

– Просто интересуемся, - проворчал Алешка.
– Мало ли… Вдруг нам повезет. Тогда мы маме такой подарок купим!

– Вот такой большой!
– усмехнулся папа и широко раскинул руки.

– И вот такой золотой!
– обрадовалась мама, поднимая руки к потолку.

Пронесло…

Вот это грохнуло!

На следующий день мы опять сослались на приглашение на дачу и около шестнадцати часов заняли позицию недалеко от особняка Королева. Норда мы на этот раз, чтобы не привлекать к себе внимания, не взяли.

Место для засады мы выбрали в придорожных кустах. Листья с них уже облетели, но ветки были достаточно густыми, чтобы хорошо скрывать нас от постороннего внимания. И в то же время меж ветками хорошо просматривался объект наблюдения - высокий дом за зелеными воротами и с тарелкой на крыше.