— Здесь мало что предназначено для поиска микроорганизмов, — наконец сказал Семенов.

Петр Стохадский закивал:

— Да, именно! Если аппараты и пытаются найти признаки жизни, то делают это весьма странно. Я осмелюсь предположить, что если аппараты действительно ищут на Марсе признаки жизни, то жизни вовсе не микроскопической. НАСА не интересуют марсианские бактерии еще со времен «Викингов», когда был проведен ряд экспериментов по поиску микроорганизмов в почве. — Стохадский красноречиво умолк. Помолчав, он чмокнул губами и закончил: — Такое впечатление, что американцы стараются найти признаки высокотехнологичной цивилизации.

— Но ведь можно также заявить, что НАСА проводит глобальные исследования Марса, никак не связанные с поиском микроорганизмов, чтобы собрать необходимые данные для полета астронавтов, — подумав, возразил Семенов. — Агентство заявляет, что в период 2014 — 2017 годов НАСА отправит на Марс людей.

— Это еще одна странность — фанатичное стремление поскорее высадиться на Красной планете. Работая в ущерб собственной экономике, американское Национальное аэрокосмическое агентство галопом мчится к скорейшему десанту своих бравых астронавтов. Интересно, на кой черт американцам эта стремительная гонка? Да и не гоняются они ни с кем: у России есть более важные проблемы, чем Марс, Европа серьезно отстает в области космических межпланетных полетов, Япония не имеет никакого опыта, хотя достаточно технологически развита. НАСА гоняется само с собой за, фактически, призраком. Зачем?

— Действительно, зачем? — эхом повторил Семенов.

Стохадский нахмурился. Его голос звучал в палатке уверенным басом:

— Американцы надеются что-то на Марсе отыскать. Что-то — это вовсе не жалкие бациллы. Вызывает также недоумение случай с программой 1998 года «Марс Сервейер». Гибель двух отличных аппаратов они приписывают ошибке какого-то навигатора, пославшего команду не в метрической системе, а в системе английских мер, да банальному року. Ну не идиоты же собрались в НАСА?! Как могли они, доведя межпланетные станции до орбиты Марса, тут же все завалить ошибкой, достойной настоящего идиота?!

— А вдруг и впрямь кое-кто в НАСА не совсем адекватен, — рассмеялся Семенов.

Стохадский его веселья не разделял.

— У меня иное мнение. Я считаю, что аппараты «Полар Лэндер» и «Клаймэт Орбитер» выполнили свои миссии.

— Хочешь сказать, НАСА обмануло весь мир, сказав, что его аппараты потерпели крушение, когда они вовсе его не претерпевали?

— Вот именно это я и хочу сказать. Трудно проверить слова НАСА, практически невозможно их подтвердить или опровергнуть. Надо сказать, что после крушения «Полар Лэндера» американцы пытались заснять место предполагаемой катастрофы другим спутником — «Глобал Сервейером». Почти пятнадцать месяцев лучшие специалисты Национального агентства геопространственной разведки США, известного как NIMA [4] , работали с полученными снимками, прежде чем появились первые результаты. И вот, когда ученые, изучавшие снимки поверхности планеты, сообщили, что им удалось что-то обнаружить, НАСА заявило, что «пока рано говорить о том, что ученые обнаружили «Марс Полар Лэндер». Об этом можно будет говорить только после проведения более детальных съёмок предполагаемого места крушения». Именно так, а никак иначе! Эти сведения лежат в Интернете, с ними может ознакомиться любой желающий.

Выходит, что НАСА, заявив о катастрофе со своим спускаемым аппаратом, само же инициировало детальную фотосъемку места катастрофы. Но как только специалисты военного разведывательного ведомства нашли что-то среди тысяч фотографий, НАСА тут же прекратило всяческие поиски аппарата, действуя нелогично и вразрез с самим собой. Из этой ситуации ясно одно: НАСА не в коем случае не хочет допустить опровержения версии крушения аппарата. Ведь тогда у всего мира появится вопрос: зачем агентство всех надуло?

— Неужели НАСА под проектом «Коперник» скрывает существование ныне или в прошлом высокоразвитой марсианской цивилизации?

— Под этим названием не только НАСА, а вся администрация США скрывает гораздо больше, — таинственным тоном проворчал Петр Стохадский. — Что касается вероятности обнаружения на Марсе признаков цивилизации… — Стохадский пожал могучими плечами. У него это получалось так, будто он готовился ударить кого-то кулаком. — Если она там и была, то была невероятно давно, так давно, что время бесследно стерло любое упоминание о ней. Фотография, которую ты смотрел в самом начале, ничего не доказывает сама по себе. Как и снимки области Сидония, которые тебе показывала Лена.

— Но все же, каковы шансы, что на Марсе все-таки была жизнь? — в надежде спросил Семенов.

Стохадский вытащил из ноутбука диск и аккуратно поместил его в пластиковый контейнер. А затем ответил:

— Судя по тому, что нам удалось откопать, шансы серьезные…

Семенов так и крякнул.

«Судя по тому, что нам удалось откопать, шансы серьезные…»

Слова Петра Стохадского эхом повторились в голове Семенова. У майора не было никаких оснований не верить этим людям, тем более что за прошедшие пару часов он узнал о Марсе столько, сколько не смог узнать за всю предыдущую жизнь.

— И что же вы откопали?

Стохадский секунду разглядывал заинтересованную физиономию Семенова, а потом хлопнул разведчика по плечу.

— Э-э, нет, Виктор, ты не так понял. Мы не в прямом смысле что-то откопали здесь, в пустыне, у кратера Кебира. — Он позволил себе даже коротко посмеяться. — Мы откопали в плане информации. Нарыли фактов, сопоставили данные и пришли к выводам.

Ученый, который то ли был настоящим ученым, то ли был агентом какой-то секретной службы — Семенов еще не раскусил, — прошелся по палатке туда-сюда. В это время в палатку зашел Раби с подносом в руках. На подносе блестели хромом металлические кружки, сахарница и тарелка с печеньем.