Мама не сразу решилась - то боялась, то надеялась. Жизнь менялась слишком постепенно: то, что еще вчера казалось кошмаром, сегодня становилось всего лишь обыденным неудобством.

Оказалось, что можно привыкнуть к ночной автоматной стрельбе, к толпам болезненно-возбужденных вооруженных мужчин на улицах, к огромным очередям и взлетевшим до небес ценам, к отсутствию электричества и воды, и, наконец, к полной невозможности добыть хоть какую-то достоверную информацию о том, что происходит... Но в какой-то момент мама все же решила, что с нее хватит! Бог весть как, но она уловила в непрерывных и однообразно жутких слухах приближение к истине и заявила, что если город начнут штурмовать, то нормальным людям здесь делать нечего...

Мама привыкла рассчитывать только на себя и быть самой сильной. В опасное путешествие она позвала с собой только соседку - да и то больше из жалости, чем рассчитывая на ее помощь. Да и о какой помощи могла идти речь? Тетя Слава всегда-то была бестолковой, а тут еще сходила с ума от беспокойства: ни от Ролана, ни от его отца уже больше месяца не было вестей!

Мама не стала тратить слов на утешения. Приказала тете Славе "быстро собрать свой детский сад, чтобы выйти затемно". Возиться с сестрами она оставила Мару, а сама за несколько часов умудрилась разведать безопасную дорогу в горы и вернуться за соседкой и детьми.

Женщины сумели добраться до Форельего ручья и кое-как обустроились там. Вскоре им стало безразлично, что происходит вокруг, цел ли внешний мир или провалился в тартарары: все силы уходили только на то, чтобы выжить.

Вокруг их крохотного лагеря частенько бродили волки, и когда их вой слишком уж приближался, Маре приходилось выбираться из шалаша и отпугивать их стуком двух сухих звонкими палок...

Через два месяца она уже почти не боялась волков. Но когда однажды вечером совсем рядом с шалашом вдруг послышались тихие, но вполне различимые человеческие шаги... Лишь через несколько долгих мгновений, уже попрощавшись мысленно с жизнью, она узнала Ролана. "Я пришел за вами, сказал он тогда лучшие в мире слова.
– Можно возвращаться. Все кончилось..."

Ролан был какой-то другой - сильно повзрослевший и очень серьезный. Мара сразу потянулась к нему, ощутив надежную опору. Она не думала о себе, как о его невесте, да и до влюбленности ли было тогда? Просто рядом с Роланом все казалось не таким страшным. Даже боль разоренного города, даже известия о смерти друзей и знакомых...

А когда закончился траур по его отцу, Ролан как-то просто и естественно сделал Маре предложение. К тому времени он уже работал у Завадовского, в старой строительной фирме, и мог более или менее уверенно думать о будущем. Свадьбу решили отложить до будущей осени, чтобы накопить немного денег и сразу начать жить своим домом...

...В общем, Маре сейчас многие завидовали - и не зря! Подумав об этом, она сразу смягчилась и перестала вырываться из рук Ролана. Однако тот сам выпустил ее и даже предостерегающе отстранился:

– Смотри, испачкаешься! Я же еще не переоделся...

Мара машинально оглянулась на часы: ведь и вправду для Ролана еще рано... Он что же, не на обед заскочил? Ничего себе...

...Обычно Ролан возвращался поздно вечером, а то и вовсе не приходил ночевать, если приходилось ехать в каменоломню. Работы было по горло: город активно отстраивался, а специалистов осталось немного. Возможно, старый Завадовский сумел бы лучше организовать дело, но он погиб. Дела перешли к сыну, а тот... Мара не раз жалела, что в городе не осталось других строительных фирм, и что Ролану приходится работать под началом этого неуча!

И теперь тяжелые воспоминания были мгновенно отброшены прочь еще более ужасной перспективой: если Ролану придется уйти от Завадовского... На заработки младших братьев или на хилый тети Славин огород рассчитывать не приходится!

Ролан улыбнулся, ясно прочитав на лице Мары все ее страхи:

– Не паникуй! Просто с утра я был на стройке, и как ни странно, там все оказалось нормально. Так что можно немного передохнуть, пока есть возможность...

– Ну вот, а я тут прохлаждалась, - виновато сказала Мара.
– И обед еще не готов...

Она повернулась было, торопясь уйти, но Ролан удержал ее.

– Да постой ты!
– в его голосе прозвучало неожиданное раздражение, но Мара каким-то чутьем поняла, что оно относится не к ней.
– Не надоело тебе: с утра до вечера стирка-уборка-готовка... и иногда огород, для разнообразия?!

Мара сердито фыркнула: конечно, надоело, конечно, она предпочла бы родиться наследной принцессой! Но что толку рассуждать об этом?!

– Ты смотрела сегодня передачу про летающих танцовщиц, - не спросил даже, а просто констатировал Ролан.

– Пыталась, - сердито отозвалась Мара.
– Свет выключили. А что?

Ролан пожал плечами, давая понять, что эмоции неуместны. Потом спросил словно бы просто так:

– Откуда, ты думаешь, берутся летающие танцовщицы?

– Из Школы воздушных танцев!
– не задумываясь, ляпнула Мара... и тут же в голове у нее что-то со скрипом повернулось, и она сообразила, что имеет в виду ее жених. Но черт возьми!

– Что ты такое говоришь?! Я даже обычную школу не закончила, какая еще может быть учеба! Все, кто мог учиться, давно уже...