– Пока не знаю. Встречу организовали вы, так, может, вы мне все и объясните?

– Уверяю вас, вы не столкнетесь ни с чем из ряда вон выходящим, - вмешался Дженкинс, явно пытаясь разрядить накалившуюся атмосферу.

Йен пригладил растопыренной пятерней густые каштановые волосы.

– По-моему, мисс Мур относится к нам с подозрением. С чего бы это?

Дженкинс подтолкнул к Шэннон лежавшую на столе пухлую папку.

– Я подчеркнул ту часть завещания, которая касается вашей подопечной, Челси Мур. Если вы сразу откроете шестую страницу...

– О, пусть прочитает все, Ричард. Мы же не собираемся скрывать от нее пресловутые тайны семейства Брэдфордов.

Поскольку Йену копию не дали, Шэннон сделала вывод, что он с завещанием уже ознакомлен. Ну что же, пусть поскучает. Она спокойно надела очки и начала читать довольно длинный документ. Сначала распоряжения насчет похорон. На этом можно не задерживаться. Далее следовал перечень наследников... Уже ко второй странице Шэннон поняла, почему так встревожен адвокат и так явно ожесточен Йен Брэдфорд.

Каждую из своих бывших любовниц, включая ее сестру и двух последовавших за ней еще более юных девиц, Уэсли Брэдфорд одарил приличной денежной суммой. Всего в списке было восемнадцать женщин, что доказывало: она верно оценила старшего Брэдфорда во время их первой и единственной встречи. Уэсли Брэдфорд был бесчувственным, хладнокровным ублюдком!

Шэннон на секунду оторвалась от завещания и увидела циничную усмешку Йена. Каков отец, таков и сыночек. Яблочко от яблони...

– Пожалуй, я возьму копию завещания с собой и внимательно изучу ее на досуге.

– Раз уж вы здесь, я предпочел бы, чтобы вы остались. Нам необходимо кое-что обсудить.

Йен снова перегнулся через стол, полностью заслонив от Шэннон адвоката. Дженкинс поднялся и нервно одернул рукава пиджака.

– Я попрошу принести нам кофе, - сказал он и вышел.

Шэннон просмотрела подчеркнутый абзац и с огромным трудом сохранила невозмутимое выражение лица. Челси унаследовала пятьдесят процентов акций "Уэстервелт компани"! Пожалуй, не придется беспокоиться о том, где взять деньги на ее высшее образование.., если только не этот пункт так жаждет обсудить Йен Брэдфорд.

– Полагаю, вы собираетесь оспорить завещание, - сухо произнесла Шэннон.

– Рад бы, да не могу, что, несомненно, подтвердит мистер Дженкинс, когда вернется. Однако я хотел бы выкупить акции, завещанные вашей подопечной.

– Моей племяннице, - сердито возразила Шэннон, - и вашей сестре, если вы запамятовали.

– У меня нет никакой сестры. К несчастью, у моего отца была дочь, процедил Йен сквозь сжатые зубы.

Шэннон с грустью подумала о несчастном ребенке, которого взяла к себе полгода тому назад. У бедняжки Челси не так уж много родственников, еще меньше - желающих о ней заботиться. Отца девочка не знала. Собственная мать использовала ее как источник денег. Да и сама Шеннон, хоть и старается изо всех сил создать для Челси благоприятную атмосферу, должна признать полное отсутствие у себя материнского инстинкта. Если к этому зверинцу добавить братца, не желающего признавать существование сестры, то вряд ли Челси ожидает счастливая жизнь.

Йен, не отрывавший от Шэннон пронизывающего взгляда, отметил упрямо сжатые губы и прищурился, даже не пытаясь скрыть свое раздражение и нетерпение.

– Ну?

– Вы хотите, чтобы я дала ответ прямо сейчас?

– Лучшего предложения вы не получите.

– Я ничего не знаю об этой компании. Как я могу принять решение от лица Челси, не собрав никакой информации и лишь поверив, будто из чистого альтруизма вы предлагаете мне честную сделку? Неужели я похожа на идиотку, мистер Брэдфорд?

– Вовсе нет, мисс Мур. Я уверен, что вы необыкновенно умны.

– Тогда и не обращайтесь со мной как с идиоткой.

– Я просто предоставляю вам шанс получить наследство ребенка звонкой монетой. В конце концов, до ее восемнадцатилетия многое может случиться. Самые прибыльные фирмы часто лопаются без видимых причин, как мыльный пузырь.

Угрожает ли он? Или просто пытается запугать ее и заставить принять его предложение немедленно?

– Сколько вам лет, мистер Брэдфорд? Густые брови Йена сошлись на переносице. Вопрос явно привел его в замешательство.

– Тридцать три. Какое это имеет отношение к предмету нашего разговора?

– Вы несколько староваты для игры "Если не мне, то никому". Это больше подходит избалованным детям.
– Шэннон собрала со стола необходимые бумаги. Надеюсь, вы меня простите. Мне больше нечего сказать вам.

Йен поднялся одновременно с ней.

– Зато мне есть что сказать.

– В будущем связывайтесь со мной через вашего адвоката. Вам явно недостает умения поддерживать беседу. Если человеку что-то от кого-то нужно, полезнее хотя бы притворяться вежливым, а не оскорблять свою жертву.