Урчание было настолько звучным, что Олечка очнулась и удивленно вскинула глаза. Козлов, увидев еле заметную улыбку на устах подруги, встал.

Он твердыми шагами прошел в прихожую и на вопросы миловидной Олечки отвечал не вполне вразумительно.

"Молния" на куртке не застегивалась. Козлов вышел так.

На улице к тому времени сделалось до обидного холодно. Март молчал.

Козлов сел на спинку скамейки и прочно утвердил ноги на сиденье. В подворотне протяжно заорал кот, ему немедленно ответил второй.

Дрожащие звезды и редкие фонари освещали черную воду реки и фигуру на зябко белеющей скамье.

Уже ставшую ночной тишину нарушали лишь истошные кошачьи вопли.

Козлов курил и, глядя на красный уголек сигареты, думал о своей дурацкой жизни. Ему всегда не везло.

1982