– Мы разошлись.

– Скажи мне, ради бога, что случилось?

* Лана Тернер, Кэрол Ломбард - кинозвезды.

– Да все то же самое. Тебе все равно не понять. А может, и поймешь.

– Попробуй объяснить, Кэрол.

– Если дашь мне возможность. Я бы хотела встретиться с тобой где-нибудь.

– Хорошо.

– Когда?

– Скоро.

– Сегодня?

– Боюсь, сегодня никак не получится. Видишь ли, я только-только добрался до дома...

– Ходят слухи, что ты уже целых два дня только-только добрался до дома.

– Да, это так. Но два дня так мало. Я даже не успел распаковать все вещи. Кроме того, мой отец очень болен, и ему приходится уделять много времени. И потом, нужно уладить кое-какие официальные дела.

– Тогда, завтра?

– Завтра тоже не пойдет, Кэрол. Мне придется пробыть весь день в Бостоне по работе.

– Просто на самом деле тебе не хочется встречаться со мной.

– Пожалуйста, давай без детских обид.

– От твоих извинений в ушах звон стоит, Джимми.

– Пожалуйста, не называй меня Джимми.

– Эх вы, мужчины! Как только добиваетесь от девушек чего хотите, сразу же говорите: прощай, дорогая.

– Послушай, Кэрол. Обещаю тебе. Как только вернусь из Бостона, тут же мчусь к тебе. Понятно?

– Ну-ну.

– Ты слышала мое обещание. А теперь мне надо идти.

Как только отошел после разговора с ней, проинструктировал Дарби, чтобы тот никогда, никогда больше не звал меня к телефону, не предупредив, кто звонит.

15 января.

Сегодня около полудня заходил Герман Максфилд. Вид моего отца, по-моему, слегка шокировал его. Старик, после вчерашней бутылки бурбона, был похож на удава в прострации. Глаза распухшие. Аппетита никакого. Игнорируя бараньи котлеты, которые Джозефина приготовила с присущим ей мастерством, он полностью сконцентрировался на виски с содовой.

Позже, когда потопал к себе вздремнуть, после обеда, Максфилд отбросил свою сдержанность, чтобы прокомментировать.

– Бен, по-моему, перебарщивает, Джеймс. Доктор знает об этом?

– Не стал бы утверждать наверняка. Ты знаком с доктором Джереми Бевинсом, Герман?

– Вряд ли.

– После старика я бы оставил за Джерри Бевинсом второе место по части выпивки. Некоторые, впрочем, утверждают, что они делят первое место.

– Понятно, - Тон Максфилда явно указывал на отвращение к тому, что он увидел.

Рабле как-то написал фразу, которую было очень кстати процитировать Герману: "Старых пьяниц гораздо больше, чем старых докторов".

19 января.

С большой неохотой после трех восхитительных дней и ночей я вернулся из Бостона. Моя незабвенная Клаудия завоевала меня окончательно и бесповоротно. И, должен признаться, мысль эта меня нисколько не печалит. Мы сняли номер люкс в "Копли-Плейз" и катались на карусели, вверх-вниз, вверх-вниз, держась за золотые кольца.

Как-то днем небеса распахнулись, и повалили густые хлопья снега. Мы смотрели на снегопад, как счастливые дети, растопив дыханием морозные узоры на окне. С бокалами шампанского в руках и расставив по всей комнате вазы с красными розами. Иногда наслаждались хороводом снежинок, которые поземка вздымала к небесам, как эфирные, неземные белые волны.

Но аппетит у нас был вполне земной. Мы набивали животы, как вьючные животные. Вечером сходили в кино на "Жизнь с отцом", в главных ролях Пауэлл и Айрин Дани. Роль отца сыграна изумительно. Дочь изображала молодая актриса, чьи темные волосы и нежная кожа напоминали мне Клаудию. Ее имя - Элизабет Тэйлор. Она наверняка станет звездой.

Большим плюсом пребывания в Бостоне являлось отсутствие несносного братца Клаудии Пола. Кажется, он на грани вылета из университета, и, соответственно, вызван родителями в Ньюберипорт под домашний надзор за учебой.

Перед расставанием мы условились, что объявим о нашей помолвке в следующем месяце в день моего рождения. Она приедет в Квинспорт на праздник в компании своих родителей и (ОХ!) своего братца.

20 января.

Сегодня звонила Кэрол Рус, но Дарби, которому не нужно ничего повторять дважды, сказал, что меня нет.

21 января.

Сегодня ездил в Харифорд, купил кольцо с бриллиантом. Изумительное творение человеческих рук. Все же оно расцветет во всем великолепии только после того, как окажется на пальчике Клаудии.

По прибытии домой хотел поделиться своими планами со стариком, но тот с доком Бевинсом завел пьяный базар о политике Гарри Трумэна. Записка, оставленная Дарти около телефона-, сообщала, что Кэрол Рус снова искала меня и просила встретиться с ней,

22 января.

Уже было собрался ответить на телефонный звонок Кэрол, но сразу же инстинктивно отдернул от трубки руку и позволил Дарби уладить все самому. Эта крошка начинает потихоньку надоедать.