– Вы так и будете стоять столбом, благородный рыцарь? – осведомилась девушка. – Или все-таки предложите даме завтрак?

– О, извините меня, – пробормотал Дейк, – но ваше появление так неожиданно…

– Разве? – лукаво улыбнулась девушка. – А мне показалось, что вы хотели со мной встретиться. По крайней мере, я так поняла.

Дейк подумал, что Кора издевается над ним. Однако он собрался с духом и учтиво предложил девушке пройти в “Серебряную розу”.

– Не стоит, – покачала головой Кора, все так же насмешливо улыбаясь. – Честно говоря, слова о завтраке были только предлогом. Но вот от прогулки за город я бы не отказалась.

– А это не опасно? – поинтересовался Дейк, вспомнив детали их первой встречи.

– Неужели такой доблестный рыцарь не защитит меня от каких-то разбойников или нечисти? – продолжала подзуживать его девушка.

– О, я готов отдать за вас не только свою честь, но и жизнь, – несколько напыщенно, но откровенно произнес Дейк.

– Тогда поехали! – Девушка вскочила на коня и оглянулась на Дейка. Ян последовал ее примеру, и они направились легкой рысью в сторону городских ворот.

Эта прогулка запомнилась Дейку как самые светлые минуты в его полной приключений жизни. Не сказать, что он не знал женщин раньше. Попадались еще и не такие. Но эта надменная и в то же время простая, изменчивая, как морская волна, девушка, кажется, навсегда вошла в его душу. Ян не мог себе и представить, как он жил раньше, не зная ее.

В общем, любовь нечаянно нагрянет, как пропел с насмешливым видом Артем, встречая Дейка после прогулки, переполошившей городскую стражу. Еще бы не переполошить, если наследница Златограда исчезла в неизвестном направлении с каким-то заезжим незнакомцем.

Кобольд еще раз окинул взглядом ухоженную могилу и поднялся с каменной скамейки.

– Ну что, Сиси? – обратился он к смирно стоящей чуть поодаль лошади. – Двинули домой?

Кобольд взгромоздился в седло и направился в Кандаг. Когда он проезжал мимо довольно густых зарослей ивняка, разросшегося у входа на кладбище, лошадь вскинула голову и призывно заржала. Задумавшийся кобольд встрепенулся, его рука скользнула к арбалету, притороченному у седла. Всадник внимательно оглядел заросли и чуть заметно улыбнулся в седые усы.

– Ну-ну, Сиси! – он успокаивающе похлопал по холке лошадь. – Ты, никак, жеребца учуяла? Не поздно ли для твоего возраста?

Лошадь всхрапнула, то ли соглашаясь, то ли протестуя против слов всадника, и они последовали дальше.

Двое свидетелей разговора кобольда, затаившиеся в кустах, проводили взглядами проехавшего мимо всадника и переглянулись.

– Что я тебе говорила?! – Малика возмущенно взглянула на Лейлу, продолжавшую зажимать морды лошадям. – Еще чуть-чуть, и он бы нас засек! Надо было лошадей оставить подальше.

– Да ладно тебе, – Лейла отпустила лошадей и беззаботно махнула рукой. – Что бы он нам сделал?

– Что угодно! – фыркнула все еще не успокоившаяся Малика. – Получила бы арбалетным болтом меж глаз… И что делать дальше?

– А может, болт достался бы тебе? – усмехнулась вторая девушка. – Я все-таки находилась немного дальше…

Продолжая переругиваться, девушки подошли к могиле, возле которой так долго сидел кобольд.

“Покойся с миром, Анноат” – вились по надгробному камню затейливые руны горного народа. Девушки примолкли, остановившись у могилы.

– Ты ее помнишь? – Малика повернулась к Лейле.

– Смутно, – покачала головой вторая девушка. – Тогда, в Подземельях она очень редко появлялась, а потом, когда нам разрешили выходить на поверхность, уж слишком много впечатлений нахлынуло вдруг и сразу…

– Ага, – кивнула головой Малика. – Я и не представляла себе, что над головой может быть небо, а не каменный свод, и не нужно никаких факелов, чтобы что-то разглядеть.

– Я помню стройную женщину, всегда в мужской одежде, пахнущую полынью и конским потом, – задумчиво произнесла Лейла, – ее шершавые ладони, когда она наклонялась погладить меня по голове, и быстрые, сухие поцелуи в щеку или лоб…

– И еще это ее страшное ожерелье, – подхватила Малика. – Когда она наклонялась ко мне, нанизанные на веревку кривые желтые клыки чуть постукивали друг о друга… Мне потом ночью снились сны, что орки являлись за своими зубами и шарили по дому, пытаясь их найти…

– Поэтому ты и перебиралась в мою постель? – Лейла повернулась к Малике.

Та молча кивнула, не отводя взгляда от надписи на камне.

– А что же раньше не говорила?

– Мои ночные кошмары начинались всегда одинаково, – Малика отвела глаза от надписи и взглянула на Лейлу. – Из темного угла появлялся орк и, скалясь беззубым ртом, подносил палец к губам… Потом он грозил мне пальцем и начинал копаться в вещах…

– Бедная ты моя, – Лейла обняла Малику. – Надо было сразу рассказать об этом. Отец вызвал бы мага, и он очистил бы дом от этой ночной нечисти.