Небольшой музей крепости Тратцберг (нем. Tratzberg) не богат ни древностями, ни полотнами старых мастеров. Выставочных залов в нем немного, поскольку владельцам требуется место для жилья: замок, выстроенный в 1500 году, до сих пор находится в частной собственности. Он стоит недалеко от городка Швац, на высоком берегу Инна, располагаясь на середине пути от Куфштайна до Инсбрука. Попасть в замок можно, проехав по автотрассе, а затем, оставив машину на большой стоянке, пройтись пешком по асфальтовой дороге или лучше по лесу, через широкий ручей Йен, таким образом немного сократив путь. Тем, кто не желает совершать 20-минутный переход, предложена альтернатива – миниатюрный поезд.

История замка началась в XIV веке, когда графам Андехс понадобился форпост для защиты северных рубежей от баварцев. С 1491 года, после того как пожар уничтожил большую часть жилых строений, в крепости обосновалась семья местных ремесленников, разбогатевших на переработке серебра и меди. Их сменила Анна Богемская, вдова герцога Тирольского Генриха. Однако своим вторым рождением замок обязан эпохе Ренессанса и более всего Максимилиану I, для которого внушительное, созданное для обороны строение было всего лишь охотничьим домиком.

Тем не менее деньги на ремонт и новое строительство поступали регулярно и такую же щедрость император проявлял в отношении убранства. Его заботами крепость была расширена, жилые постройки увеличены в высоту, и весь комплекс приобрел впечатляющий готико-ренессансный вид, который, к счастью, не пытались изменить последующие владельцы. С XVI века ими являлись известные всей Европе купцы Фуггеры – сказочно богатый, по-королевски важный род, владевший большей частью серебряных копий Тироля, а также медными и железными рудниками как в самой стране, так и за границей. В лучшую пору их многочисленные предприятия обслуживало около 30 тысяч человек; легко догадаться, какие чувства питали соотечественники к столь активным работодателям, впрочем об этом свидетельствуют памятники, воздвигнутые Фуггерам благодарными жителями Шваца. В 1848 году замок приобрел граф Энценберг, чьи потомки владеют им до сегодняшнего дня. С конца прошлого века Тратцберг является единственным домом графа Ульриха Гесс-Энценберга и его жены Катарины. Именно они провели масштабную реставрацию, превратив родовое гнездо в доступный публике музей.

Взобравшись на 100-метровую высоту, замок удобно располагается на хребте скалы, добавляющей красоты и без того живописному сооружению с белыми стенами, острыми башнями, гордо вздымающимися над лесной чащей. Архитектура нынешнего Тратцберга обнаруживает стиль, переходный от высокой, или пылающей, готики к ренессансу в альпийском его варианте.

Попасть в него можно с западной стороны, пройдя через красивый портал или миновав северные ворота, открывающие вход в романтический внутренний двор с низкими аркадами. Наиболее интересные части замка – это арсенал с коллекцией древнего оружия, королевская комната с подвесными балками, в которой жила, оплакивая умершего супруга, Анна Богемская.

Для туристов открыты покои Максимилиана, где сохранились созданные специально для него интерьеры. В спальне императора на втором этаже вначале потрясает изумительной работы резной потолок и только потом обращают на себя внимание живописные сцены рыцарского турнира кисти Ганса Шауфелайна (XVI век). К той же эпохе принадлежат мозаичная дверь и отделка комнат, где жили члены семейства Фуггер. Сильное впечатление производит парадный зал – конструктивно-художественный шедевр XV века. Огромное помещение, растянувшееся почти на 300 м в длину, украшено генеалогическим древом императора Максимилиана I и 148 портретами остальных Габсбургов. Промежутки между лицами и фигурами монархов заполняют живописные олени, написанные безымянным художником в натуральную величину; для красоты и удобства к головам животных прикреплены рога-подсвечники.

В отличие от многих средневековых замков здания Тратцберга сохранили детали и частично окраску эпохи Возрождения. Немеркнущая красота ренессансной архитектуры особенно заметна ночью, когда включается подсветка и жилище графов Гесс-Энценберг превращается в сказочный дворец. Залитые ярким светом, из темноты выступают низкие крепостные стены, дворец и стройная Башня лестниц – самое сильное укрепление замка, как нельзя лучше подходящее для хранения музейных сокровищ. Расположенная с юго-восточной стороны крепости, ныне она заключает в себе выставку культурных ценностей Тироля. Посетители музея могут узнать об истории, владельцах и многочисленных помещениях Тратцберга непосредственно от гида или с помощью аудио– и видеозаписей на нескольких языках. Специальные программы предусмотрены для детей, которым представляется иной, но не менее интересный взгляд на сам замок и тех, кто его создавал.

Одна из сторон жизни тирольской столицы вряд ли нуждается в представлении. Многие знают, что Инсбрук – центр зимнего туризма, первоклассный горнолыжный курорт, дважды (в 1964 и 1976 годах) удостоенный чести принять Олимпийские игры. Окруженный самыми высокими вершинами Европы, он привлекает и любителей активного отдыха, и тех, кто, устав от городского шума, мечтает провести отпуск наедине с природой. Однако далеко не всем этот город известен в качестве музея под открытым небом, насыщенного памятниками и красивой архитектурой. Восемь веков существования определяют его особую, торжественную и вместе с тем домашнюю атмосферу.

Давняя культурная традиция ощущается в каждом здании средневекового центра, будь то романский замок, готический собор или дворец, радующий взор барочными завитками. В Инсбруке действительно есть на что посмотреть: легендарная Золотая крыша, Триумфальная арка, императорская резиденция Хофбург с портретами Габсбургов, величественный собор Святого Иакова, мрачная с виду церковь Святого Суда с черными статуями и выразительной росписью, изображающей борцов за независимость Тироля. Эта живопись появилась после разгрома наполеоновских войск, когда горное графство уже давно находилось в составе Австрии, а его обитатели все еще не смирились с утратой свободы. Может показаться, что они проявляли неблагодарность, ведь до Габсбургов в городе не было по-настоящему красивых сооружений, ведь правители бывали здесь редко, поскольку имели постоянную резиденцию в замке Тироль.

Переулок Бадгассе – один из экспонатов музея под открытым небом

Первыми цивилизованными обитателями долины Инн стали римские ветераны. Построенная ими колония Вельдидена располагалась на самом берегу реки, в месте, где та сливалась со своим притоком Силль. После ухода легионеров в поселок изредка наведывались христиане, которые приходили сюда, чтобы вдали от преследователей воздать мольбы своему единственному Богу и его матери, Деве Марии. В начале нового тысячелетия, когда редкие молебны превратились в шумное паломничество, монахи-премонстранты (Белые каноники) решили основать монастырь, получивший старое, римское название, правда, на языке германцев оно звучало несколько иначе – Вильтен. В хрониках появление обители относят ко второй половине XII века; это же время считается и датой основания светского поселения, которому предстояло стать столицей Тироля.

Глава ордена премонстрантов вначале собирал своих учеников на поляне, якобы указанной ему свыше (лат. Pratum monstrantum). Видимо, таким же способом пользовались его последователи: небо выбирало для монахов очень красивые, плодородные и, главное, выгодные места, каким, в частности, была долина Инн. Удобная для земледелия, защищенная горами, она к тому же располагалась вблизи перевала Бреннер, а тот в здешней части Альп был единственным проходом для торговых караванов. По этому пути с античных времен средиземноморские торговцы везли товары в Германию и далее на север Европы. Кроме горной, здесь существовала и речная переправа, которой купцы пользовались бесплатно до появления моста через Инн, как с немецкого языка переводится название Инсбрук. Именно такое название летом 1239 года дал рыбацкому поселку герцог Оттон Андехс, торжественно присвоивший ему статус города.

Имея высшую власть, светские правители руководствовались советами духовных отцов, коими «на мосту» всегда были настоятели монастыря Вильтен. После Реформации число премонстрантских общин сократилось наполовину, но тирольское братство уцелело и до сих пор процветает за крепкими стенами обители. Сегодня, как и сотни лет назад, их можно узнать по белым одеждам: туникам, наплечникам и четырехугольным беретам, в дополнение к которым, выходя на улицу, монахи-премонстранты надевают плащи и широкополые шляпы.

Известно, что в церкви монастыря долго хранился древний образ Богоматери. Где он теперь, не знает никто, а нынешние паломники стремятся к изображению Мадонны с младенцем, возраст которого не превышает 200 лет. Немногим старше и само здание, известное миру архитектуры как прекрасная базилика Вильтен. Претерпев множество реконструкций, оно приобрело свой нынешний вид в середине XVIII века, когда в европейском искусстве господствовал стиль рококо. Интерьер базилики празднично украшен золотом, стилизованными раковинами в обрамлении причудливо изогнутых завитков. Мастер Гюнтер из Аугсбурга придал великолепие потолку, разрисовав его сценами из жизни Девы Марии, чья статуя помещена в центральном алтаре между 4 колоннами.

По неточным сведениям, две колоссальные статуи у портала изображают основателей монастыря, монахов Гаймона и Тирса. Во внешнем дворе находится могила скрывавшегося здесь в 1848–1849 годах князя Александра Гогенлоэ по прозванию Чудотворец. Представитель древнего рода, уходящего корнями в эпоху короля франков Конрада, так увлекся богословием, что принял духовный сан. Причисляя себя к иезуитам, он проповедовал в Германии, где пользовался любовью народа, но среди братьев по вере имел множество врагов. Известность еще более увеличилась после выступления в качестве исцелителя от недугов. Ватикан такую деятельность запрещал, поэтому Чудотворцу пришлось бежать. Он нашел приют в Тироле, куда, не зная сам, удалился навечно. Приняв монашество, князь Александр уже не относился к высоким персонам, которые с удовольствием и часто навещали монастырь. Братья из Вильтена не бедствовали, жили, отказывая себе не во многом, а гостей угощали так, что завтраки из форели с имбирной подливкой, кур в миндальном молоке, десерта и конфет «на дорожку» изысками не считались.

Прогулка по монастырскому саду, мимо церкви, по мосту через Силль приводит к пешеходной тропе. На всем ее протяжении можно любоваться картинами поросших лесом гор и бесконечных лугов. Отсюда взгляду открывается принадлежащее обители озеро (нем. See) между городками Иглс и Билль, видны дороги, ведущие к легендарному перевалу и не менее знаменитой Штубайской долине, получившей одно название с горой, покрытой вечными льдами. Как ни странно, однако сейчас окрестности Вильтена имеют вид более первозданный, чем сотни лет назад.

В Средневековье на широком ровном поле между Инсбруком и монастырем стояли трибуны, разноцветные шатры с флагштоками, украшенные цветами заборы обрамляли площадки для турниров и иных военно-спортивных забав придворной знати. Монастырская братия заботилась о том, чтобы арены не зарастали травой, и следила за горожанами, для которых Вильтенские поля были чем-то вроде бульвара. Жены богатых инсбрукцев гуляли среди дорогих, расшитых золотом полотен, дети бегали по трибунам, влюбленные парочки находили уединение в палатках. Зато по праздникам тысячи людей, как местных, так и прибывавших с разных концов Европы, находили здесь самые изысканные развлечения. В 1329 году таковым стало бракосочетание Маргариты, 12-летней дочери графа Тирольского Генриха II, взявшей в мужья 10-летнего принца Иоганна-Генриха Люксембурга.

Юная графиня прибыла в столицу из замка Тироль, где росла под присмотром ученых наставников. Если верить средневековым историкам, она училась много и с большим желанием, расспрашивала обо всем, что видела и слышала, рукоделие заменяла уроками теологии, интересовалась экономикой и политикой, с детства бегло говорила, читала и писала на итальянском и латыни. Маргарита внимательно слушала лекции по истории и уже в отрочестве могла опровергнуть философские теории своего учителя. Она умела петь, обнаруживая не только понимание музыки, но и красивый, теплый, выразительный голос. Иноземные гости знакомили ее с жизнью других стран, а свою ей не составляло труда изучать самой. Еще до замужества графиня Тирольская много путешествовала в экипаже или в носилках, не пугаясь ни горных ущелий, ни дорожной пыли, перенося тяготы пути без малейшей жалобы. Следуя мимо города или деревни, она вглядывалась в лица жителей, подолгу осматривала каменные дома, постоялые дворы, бани, задерживалась перед трупами казненных, которые тогда вывешивали перед городскими воротами. После нескольких лет таких поездок хозяева крестьянских хижин не застывали в ужасе, когда внезапно распахивалась дверь и на пороге появлялась дама, разряженная, величественная, увешанная украшениями, точно идол: так оригинально графиня знакомилась со своим народом, а тот, почтительно глазея, склонялся перед ней, как перед святыней.

После смерти отца в 1335 году Маргарита осталась единственным членом Горицко-Тирольской династии. По договору в случае пресечения мужской линии рода страна должна была отойти к Габсбургам, но благодаря поддержке местной знати и ландтага Тироля это не случилось. Герцогиня навела в своей вотчине порядок, издала новые законы, установила твердые пошлины, отменила некоторые полномочия баронов, таким образом ограничив их произвол. Теперь центральная власть могла сама регулировать положение в торговле и ремеслах. От крупных бирж, рынков, городских ярмарок коммерческие пути разветвлялись по всей стране, и горцы стали понемногу богатеть: расцвели города, заметно оживились даже самые захудалые местечки. Отныне уже не знать, а магистраты определяли судьбу Тироля.