Одет он был в светло-серый, отлично сшитый костюм, не чересчур модный и не чересчур новый, но из хорошего дорогого материала. Сиреневая рубашка и галстук бабочкой смягчали строгость костюма, сидевшего на незнакомце с какой-то артистической небрежностью. И вообще он производил впечатление человека, причастного к искусству, поэтому персонал и завсегдатаи казино тотчас окрестили его "маэстро". Вскоре этот титул стал употребляться в превосходной и даже превосходнейшей степени.

Незнакомец выбрал место за одним из столов, поближе к крупье, запускающему рулеточную машинку. Неторопливо уселся, поставил портфель около кресла и, достав из внутреннего кармана пиджака крохотную белую раковину на тонком проводе, вставил ее в правое ухо. Потом вытащил горсть фишек, сложив их перед собой тремя аккуратными столбиками. И тут соседи обратили внимание на его руки - с узкими, продолговатыми кистями и длинными, тонкими, изящными пальцами, - руки музыканта или... шулера.

Кое-кто из завсегдатаев казино уверял, что год назад этот человек уже бывал здесь. Но тогда он еще не пользовался слуховым аппаратом, да и львиной гривы у него не было. В течение месяца он, якобы, приходил в казино, но никогда не привлекал к себе особого внимания, затерявшись среди гротескных, почти карикатурных персонажей, какие можно встретить во всех казино мира: накрашенных алчных старух и не менее алчных молодых красавцев, состоящих у этих старух на содержании, авантюристов, международных жуликов, профессиональных игроков, сыщиков администрации, наивных и восторженных новичков... Говорят, там бывал даже переодетый архиепископ - свидетельство того, что и служители культа подвластны демону игры. И уж, конечно, там бывали маньяки, свихнувшиеся на рулетке, искатели системы, которая позволила бы играть наверняка. Они высиживали за столами долгие часы, тщательно записывая результаты каждого удара.

Незнакомец тоже приносил с собой маленький блокнот и заносил каждый удар на отдельный листок. Иногда ставил - не очень крупно - и большей частью выигрывал. В конечном счете, выигрыша оказалось достаточно, чтобы окупить месячное пребывание в Лас-Азартасе.

Потом он пропал, и никто не задумался над этим фактом: пропал и пропал, мало ли таких тут перебывало...

И вот теперь этот джентльмен снова пожаловал в Лас-Азартас и сидел за столом, ожидая своего часа. Трещал диск и щелкал шарик рулетки. Из бара доносились звуки джаза и нестройное пение. Толпились игроки, одетые кто во что горазд - в строгие черные смокинги и в яркие спортивные костюмы. Вечерние платья соседствовали с какими-то совсем немыслимыми туалетами, которые были скомбинированы на тридцать процентов из шелка, нейлона и меха, а на семьдесят - из обнаженного тела. Всю эту разнокалиберную вертепную фауну окутывала специфическая атмосфера - смесь запахов спиртного, табачного дыма и пота, которую не могли перебить даже вызывающе острые духи.

Интерес, вызванный появлением новичка - видимо, денежного - быстро угас. Внимание игроков снова обратилось к рулетке.

Тут следует сказать несколько слов об этой игре, которая не требует ни ума, ни сердца, ни способностей, - ничего, кроме уменья вынимать деньги из кармана; игре, чрезвычайно азартной и потому запрещенной законом во многих государствах мира.

Посредине длинного стола, обтянутого парусиной, находится "магическое" колесо, разделенное на 37 секторов, попеременно окрашенных в красный и черные цвета и пронумерованных от 1 до 36. Тридцать седьмой номер - это пресловутое "зеро", ноль, при выпадении которого все ставки (за исключением, конечно, поставленных на зеро) забирает банк. Колесо запускается с помощью специальной машинки.

По одну сторону рулетки в центре стола сидит главный крупье, запускающий колесо. По другую, напротив, над раскрытым зевом денежного ящика - кассир, принимающий битые ставки и выдающий выигрыши.

Стол по обе стороны разграфлен на клетки, на которые ставятся фишки и наличные деньги.

Игра - причина бесчисленных разорении и самоубийств, банкротств и преступлений и неиссякаемый источник обогащения ее содержателей.

Незнакомец некоторое время сидел неподвижно, сосредоточив взгляд на никелированной спирали, возвышающейся в центре рулеточного колеса. Но вот главный крупье бросил в нее маленький белый шарик, нажал на кнопку и возгласил:

– Делайте вашу игру, леди и джентльмены!

Колесо завертелось, шарик бойко побежал по спирали вниз. Игроки принялись лихорадочно разбрасывать по клеткам свои ставки.

Раздалось характерное щелканье - это шарик упал на диск. Возглас крупье: "Игра сделана, ставок больше нет!" После нескольких оборотов колесо остановилось.

– Двенадцать, черное, чет!
– объявил "главный".

Теперь заработали женщины - крупье, стоящие на оконечностях стола, - в скромных белых блузках и с такими же белыми лицами от постоянной ночной работы.

Лопаточками-скребками на длинных ручках они сгребли в сторону кассира несчастливые ставки, таким же образом приняли от него и растолкали "любимицам Фортуны" выигрыши, зорко следя, чтобы никто не завладел плодами чужой удачи. Провинившийся рискует получить лопаточкой по рукам или быть вовсе удаленным из зала, без права возвращения.

– Делайте вашу игру, леди и джентльмены!

Незнакомец встрепенулся и поставил доллар на - страшно сказать! тринадцатый номер и пять долларов на чет. Игроки, - народ суеверный, избегают этого номера. Кое-кто покосился на незнакомца, с насмешкой или недоумением, расценивая такое начало игры как дерзкую и даже неприличную браваду новичка по отношению к таинственным силам рока.

– Тринадцать, красное, нечет!
– выкрикнул крупье.

К незнакомцу придвинули три бумажки по десять долларов и шесть долларовых фишек.

Пропустив несколько ударов, он кинул горсть фишек на "зеро". Никто, конечно, не последовал его примеру - "зеро" только что вышел перед этим и трудно поверить, что он может выйти дважды подряд.

– Зеро!

Вздох изумления пронесся по залу.

Незнакомец снова поставил на 13.

– Сумасшедший!
– раздался явственный голос за его спиной.