А он понял тогда, что прочно занимает место на полюсе зла, предназначенное для него мирозданием, и смирился с этим, навечно уединившись на Станции, потребовав, чтобы никто из людей никогда больше не приближался к нему.

Сейчас он был лишен даже возможности повторить те неудавшиеся попытки. Скажем, прыжок с обрыва обещал лишь синяки да ссадины, не более.

Славич отшвырнул рюкзак и побежал к вершине. Он не позволит никому приблизиться к себе. Будет убегать сколько есть сил или все-таки найдет способ...

Ему удалось сделать лишь несколько шагов. Нога в щиколотке хрустнула, Славич повалился навзничь, испытывая острую боль и невероятное изумление. Впервые в жизни он испытывал такую боль и никогда не подозревал, что это возможно. Происходило что-то непонятное. Впрочем, изумление быстро исчезло, уступив место отчаянию. Даже бежать теперь он не мог, не мог ничем предотвратить неизбежное. Сейчас он не видел преследующего его человека - склон горы укрывал его от глаз Славича. "Ну и хорошо, беспомощно подумал он, - по крайней мере я это не увижу".

Славич откинулся на спину и обреченно опустил веки. Натужное сопение заставило его вновь открыть глаза. Из каменистой складки, медленно перебирая короткими, вывернутыми наружу лапами, к нему полз змееголов. Алчно вытянутая шея, казалось, волочила за собой мешковатое туловище.

Славич отстраненно наблюдал за хищником, не испытывая особого волнения. Он знал, что не успеет змееголов доползти, как обязательно случится нечто. Как всегда, как обычно. Неизвестно, что именно, но случится непременно. Ударит гром с ясного неба, разверзнется земля или откроется водный поток, которые испепелят, поглотят, смоют чудовище, прежде чем оно сумеет коснуться Славича.

Змееголов подползал все ближе, но ничего пока не происходило. Против воли своей Славич начал ощущать беспокойство. Оскаленная морда тянулась к нему, с урчанием сглатывая слюну и поблескивая маленькими жадными глазками.

"Ну и пусть, - подумал Славич.
– Наконец-то. К черту!"

Тварь торопилась, повизгивая и вздрагивая от нетерпения. Наконец туша замерла. Шея резко втянулась в туловище. "Сейчас ударит!" - молнией промелькнула мысль, и прежде чем Славич успел до конца ее прочувствовать, тело его, повинуясь могучему инстинкту самосохранения, метнулось в сторону. Зубы чудовища лязгнули вхолостую. Славич вскочил на ноги, тут же охнул, свалился, избежав тем самым нового броска. Обреченно понимая, что третий выпад зверя станет для него последним, вжался в почву.

Оглушительно треснуло над головой, пронеслась резкая, свежая волна озона. Славич перевалился на спину и истерически хохотнул: "Испепелило-таки! Долго же заставляешь ждать. На нервишках играешь!"

– Что?
– услышал он недоуменный голосок и поднял голову.

С разрядником в руках стояла перед ним женщина. Не женщина даже девчонка. Совершеннейшая девчонка с коротко остриженными, слегка волнистыми, темными волосами, чуть выпуклыми, будто навечно изумленными серыми глазами и полукружьем маленького рта.

– Так вот ты какое, мироздание, - прохрипел Славич пересохшим ртом.

– Что вы говорите?
– повторило "мироздание", хлопая пушистыми ресницами.
– Я не понимаю.

– Неважно, - буркнул Славич и пришел в себя.

– Кто ты такая?
– ошарашенно спросил он.
– Ты как сюда попала? Ты что, с ума сошла?

Девчонка презрительно поджала губы.

– Еще какие вопросы будут?
– поинтересовалась она.

– Постой, постой...
– мысли неслись мутным водоворотом, Славич никак не мог ухватить ни одной.
– Зачем ты за мной шла? Разве ты не знаешь, кто я?

Девчонка потыкала ботиночком траву, склонила набок голову, вздохнула скучающе.

– Знала?
– допытывался Славич.
– Здесь же гибель, нельзя... Уходи! Уходи немедленно!.. Нет, стой!

Ей удалось его настичь. Наперекор всему. Неужели Крапивин сумел все же найти средство?..

– Что, Крапивину удалось? У него получилось?
– откуда он, собственно, взял, что она знает Крапивина.

– Крапивину?
– переспросила она и с грустью ответила: - Ничего у него пока не получилось.

– Так как же тогда?.. Ага... вот что, - он наконец собрался с мыслями и стал говорить медленно, тщательно обдумывая каждое слово.
– Ты сейчас пойдешь обратно. Той же дорогой. Старайся идти точно так же, здесь это очень важно. Тщательно осматривай почву. Если песок ровный, совсем ровный, как поверхность воды, обойди это место не ближе, чем метров за двадцать. Самое главное - дойти до леса, там уже легче...

– Зачем мне идти одной?
– спросила она.
– Пойдем вместе.

– Нет, - терпеливо сказал он, - вместе нельзя. Рядом со мной очень опасно. Постой, ты же знакома с Крапивиным. Он же должен был тебе рассказать обо всем.