Они шли без остановки. Все настолько обессилели, что каждая корневая система преграждала им путь, словно небольшая гора. Они карабкались по этим корням, диаметр которых приближался к человеческому росту, иногда пролезали под ними, продираясь сквозь заросли глоб-глоба, который вел с корнями неустанную борьбу за жизненное пространство. В наушниках то и дело раздавалась энергичная ругань Чи Линь Вей на мандаринском диалекте.

Один раз Чоузен остановил ее и вытащил несколько мясистых трубчатых тварей из складок ее скафандра.

— Это скребущие черви. Лучше сразу от них избавляться, а не то они могут продырявить скафандр.

При виде этого отвратительного насекомого Чи Линь Вей закрыла ладонями забрало шлема и пронзительно завизжала.

Ожидая, пока она успокоится, Чоузен ухватился за корень и, подтянув тело кверху, издал ликующий возглас.

Сразу за этой корневой системой листва начинала редеть, и сквозь нее просматривалась полоска бирюзового неба, позолоченная по краям.

— Наконец-то! — радовался Чоузен, спрыгнув вниз. — Я знал, что мы на верном пути, — недаром тут кричат сармер маке.

Китайцы посмотрели на него почти равнодушно.

— Значит, река вон там, — он показал рукой. Преодолев еще несколько слоноподобных корней, они вышли на открытый речной берег. Древесные корни стеной уходили в желтовато-бурую воду. Впереди росло несколько небольших деревьев, а метрах в ста уже начиналась бескрайняя речная гладь, уходящая к самому горизонту.

Из воды выглядывали многочисленные островки, но другого берега не было видно.

По небу проплывали маленькие вытянутые облака, окрашенные предзакатным Бени в золотисто-зеленый цвет.

Чи Линь Вей отметила, насколько отличается это зрелище от затяжных, дымчатых земных закатов, и только тут осознала до конца, что солнце, которое сейчас светит над ней, еще недавно было для нее далекой, неведомой звездой. И что она затерялась в непролазных джунглях чужой планеты, где ее со всех сторон подстерегают опасности. Снова ее охватила дрожь. Настанет ли когда-нибудь конец этому кошмару? Вернется ли к ней чувство безопасности?

Сармер маке смолкли, но теперь все чаще о себе давали знать ночные хищники, оглашающие ночную тишину воем, гиканьем и свистом.

Когда слева донесся сухой кашель, Чоузен застыл на месте, осторожно достал револьвер, быстро проверил его и поставил на стрельбу разрывными дротиками.

— Что это? — раздался в его наушниках шепот Чи Линь Вей.

— Нахри спускаются на водопой. Увидев за забралом ее недоуменное лицо, он добавил:

— Это большие и опасные хищники. Страх появился в этих глазах, еще несколько часов назад глядевших на него с надменной холодностью.

«…Да, миледи, вы правильно делаете, что боитесь…»

Он испытующе посмотрел на нее сквозь сгущавшиеся сумерки. Чи Линь Вей отвернулась.

Они ждали довольно долго, спрятавшись между корнями. Услышав плеск воды и тяжелый топот, Чоузен жестом приказал всем пригнуться, и после секундного колебания китайцы подчинились.

Он нахмурился. Конечно, этим пришельцам из далекого мира, греющимся в лучах славы Чи Линь Вей, не очень-то хочется прислушиваться к наставлениям девятнадцатилетнего юнца, а тем более им подчиняться. Но в фенрилльской экосистеме подобные сомнения могли стоить им жизни.

Шум все нарастал. Массивные животные перепрыгивали с корня на корень, издавая утробное мычание. Казалось, нахри топают прямо у них над головой.

Чоузен застыл в напряженной позе, держа наготове револьвер, думая о том, можно ли убить взрослого нахри разрывными дротиками.

Животные эти весили до шестисот фунтов, а бегали так же быстро, как человек. В тех местах, где нахри уже испытали на себе огнестрельное оружие, они сторонились вооруженных людей, но сюда, на берега Бжюма, еще не ступала нога человека. Поэтому трудно было предсказать, как поведут себя нахри, если обнаружат людей. Конечно, они могли просто испугаться и убежать. Фейны всегда легко справлялись с нахри. Но на то они и фейны — увереннее их в лесу себя чувствовали только вудвосы.

Наконец грохот стих, и Чоузен рискнул выглянуть из-за корня.

У самой воды он увидел резвящихся нахри. Широкогрудые, проворные, чем-то смутно напоминающие земных мандрилов, они прыгали, гонялись друг за другом, били лапами во воде.

Две самки, обремененные потомством, ступали легкой походкой чуть позади остальных, выискивая среди корней моллюсков.

Наконец и они скрылись вдали, на небольшом мысе с гигантским мертвым деревом.

— Они бы на нас напали? — спросил Ю Чжао у Чоузена.