– А теперь наш план...

Пираты вытянули головы, внимательно вслушиваясь в каждое слово. А робот неслышно подошел еще ближе, став от них в двух шагах. От нетерпения он даже поджал хвост.

Но Сергей Прокофьевич вдруг откинул костяшку назад и зло уставился на дворняжку:

– Этот еще чего тут околачивается? Подслушивает?

– Да что вы, Сергей Прокофьевич!
– стали уговаривать его младшие пираты.

Но тот поднес палец к губам и прошептал:

– Встретимся сегодня в полночь. И пираты, не прощаясь, растворились в темноте парка.

Глава четвертая,

в которой робот пытается выведать пиратские тайны

Пираты сидели в своих полосатых майках, то и дело поправляя черные ленточки на глазах, которые сползали, мешая им смотреть друг на друга. Перед каждым на столе лежали счеты.

Пробила полночь, и пираты сгрудились вокруг кухонного стола.

Старший пират откашлялся:

– Мы, пираты-самоучки...

Но тут он по привычке огляделся и вдруг заметил за окном возле открытой форточки плавающую в воздухе собаку.

– Опять этот пес!
– закричал он.

– Где? Да что вы, Сергей Прокофьевич, это же восьмой этаж!

Но Сергей Прокофьевич, никого не слушая, подхватил сачок и выбежал на балкон, чтобы словить ненавистного летающего пса. Конечно, нашему роботу не следовало допускать такой оплошности. Пришлось мгновенно превратиться в комарика и влететь на кухню.

Пираты, возбужденно перешептываясь, ждали своего предводителя.

Отдышавшись и положив сачок поближе, он наконец уселся во главе стола, то и дело поглядывая в сторону форточки. Он все никак не мог успокоиться и потому повторял:

– Своими глазами видел. Вот такенная собака в окне!

– Сергей Прокофьевич, если она и была там, то уже улетела... Давайте к делу.

– Ладно, переходим к плану, - и он опять заговорщицки огляделся по сторонам.
– Наша задача - взять на абордаж трамвай. Потом этим трамваем мы перекроем дорогу и возьмем на абордаж троллейбус. На нем мы пристроимся на остановке к автобусу и его тоже возьмем на абордаж...

При самом пиратском слове "абордаж" Сергей Прокофьевич радостно отсчитывал по костяшке на своих счетах, а младшие пираты повторяли за ним.

– Завладев автобусом, мы выедем на нем прямо на аэродром и захватим, - тут он снова оглянулся по сторонам, - самолет. А после самолета ракету!

– Ох!
– разом выдохнули старички-пираты. А самый пиратский пират продолжал:

– И оттуда скажем всем: мы вернем вам ракету, если вы выставите из школ и магазинов, больниц и заводов все эти противные компьютеры и вернете наши родные счеты. Мы, бывшие главные бухгалтеры, требуем это.

– Требуем! Требуем!
– повторяли за ним младшие пираты.

– А теперь надо спешить, - заговорил лысый старичок.
– Нам завтра внуков собирать в школу. Ты только забыл сказать, Сергей Прокофьевич, что наши внуки смеются над нашими счетами, повторяя свои модные словечки "компьютер" и "кибернетика".

И пираты заскрежетали зубами, услышав эти ужасные слова.

– Какой трамвай нам выбрать?
– задумался главный пират.

– Я придумал!
– вскочил на ноги другой.
– Я знаю водителя трамвая, который всегда пьет воду с сиропом из автомата на углу. Мы можем этим воспользоваться.

– Карту!
– властно приказал предводитель, и пираты склонились над маршрутами трамваев, троллейбусов и автобусов.

– Все верно. У автомата на перекрестке мы и займемся делом, - кивнул головой главный пират.
– Не забудьте только в свои портфели положить кроме счетов оружие!

– Как!
– ахнули пираты.
– Где же мы его возьмем? Мы боимся.

Старший пират на мгновенье задумался.

– Тогда отберите у своих внуков пистолеты, похожие на настоящие, нашел он решение.

– Это дело!
– закивали головами пираты.

Глава пятая

НА АБОРДАЖ!

И вот настало яркое пиратское утро. В такое время уходят на свой черный промысел бриги и клипера. Спешили на свое дело и трое старичков-пиратов.

Вскоре они сидели на передних сидениях трамвая, прижимая к груди свои черные портфели и скрывая от окружающих свои черные планы.

Вот трамвай, дребезжа на поворотах, приблизился к заветному автомату. Пираты вытянули головы. Все втроем они даже облизнулись, представив струю пенящейся жидкости, которая сейчас польется в стакан. Но водитель почему-то не вышел, и трамвай двинулся дальше.