– Мои? Разве...

– Вы же говорили только что, что ненавидите их всей кожей, всеми жилами. Этого достаточно. А где я могу раздобыть кровь арканарских палачей? Сами посудите.

– Хорошо,- сказал Будах.- Я принесу вам все. Завтра?

– Да. Здесь же, в это же время.

– Хорошо.

Будах встал, взял со скамьи плащ и побрел к дверям. Киуну достаточно было увидеть, как он поднимался: не разгибаясь, оберегая почки,- услышать его осторожную шаркающую походку, чтобы определить, сколько медику осталось жить. Полгода, от силы - год. И, что самое несправедливое, Будах даже не узнает, что обрел бессмертие в генетическом банке Странников.

Ошущалки меж тем расшифровали молекулы памяти, примешанные к коричному порошку. И черный маг прочел послание из Арканара:

"Дона Керион убита по приказу брата Абы. Причина - любовное свидание доны Керион с доном Руматой Эсторским".

Теперь пришел черед Киуна скрипеть зубами от бессильной злости. Нелепая смерть. Несправедливая. Бес-смыс-лен-на-я. Она так боялась землян, что спуталась с ними на зло себе и всем. Захотела получить их сперму, их генокод. Глупая, отважная девочка. Своевольница. Дон Румата и брат Аба, словно два слепых слона, растоптали ее. И памяти всех жизней, что она успела собрать на этой планете, погибли вместе с ней. И виновных искать негде. Все по-своему правы, все слепы, все дураки.

И Киун вдруг понял, что выполнит обещание, данное Будаху. Еще не знает, как, но выполнит. Это не приворотное зелье Лисон. (Ни в каком приворотном зелье она не нуждается, в этом он убедился прошлой ночью.) Нет, палачи Серого Братства действительно умрут. Этого почему-то требуют его моральные принципы. А Киун, став из забитого переписчика книг сыном могучей межзвездной цивилизации, быстро привык потакать своим моральным принципам.

6

Его взяли в тот же вечер в переулке Колпачников. Киун вышел прогуляться, разогнать мрачные мысли и, возвращаясь домой, натолкнулся на трех грабителей: двух парней, одетых, как паломники, и рыжую девицу в мурисском платье с открытыми плечами. Парни прижали его к стене и принялись срезать кошелек, тщетно борясь с тонкой цепочкой и поясом, украшенным бронзовыми бляхами. Девица тем временем щекотала ему горло ножом и жарко шептала на ухо:

– Кошелек или жизнь?! Кошелек или жизнь, красавчик?!

– Да жизнь, жизнь, разумеется,- ответил Киун.- Подожди, я сейчас пряжку расстегну. Пояс тоже забирай, у тебя вон штаны скоро свалятся. А вы, прекрасная дама, возьмите мой плащ, иначе груди застудите.

И, увидев хлюпающие сапоги всей троицы, добавил:

– Ну, башмаки я свои отдать, к сожалению, не могу, на вас не налезут. Но, если дойдете со мной до трактира, может, хозяйка вам подберет что-нибудь из старого. Заодно и обновы обмоем.

– Да он блаженный!
– изумился один из грабителей.

– Он, сучий потрох, издевается,- процедил сквозь зубы второй и поднес к лицу Киуна волосатый мозолистый кулак. Киун мгновенно надел на кулак свою шляпу.

– Он одержимый!
– взвизгнула девица и ткнула пальцем кудато за спину Киуна.- Глядите! А вот и ангелы по его душу! Бежим!

Побросав добычу, грабители бросились прочь.

"Все же и в заповедях Господних есть свой смысл,- подумал Киун.- Дай ближнему все, чего он просит и требует, и ближний от неожиданности сомлеет и станет совсем беспомощным. Каких это ангелов она здесь увидела?"

И в то же мгновение он услышал шаги и дыхание за спиной. Обернуться и увидеть незваных гостей не успел, на него навалились, выкрутили руки (ангелы что ли?), а потом удар по голове надолго лишил его способности видеть, слышать и понимать.

– Имя, род, звание?

"Маска, я тебя знаю",- подумал Киун, укачивая свою многострадальную голову. Голова на шее пока еще держалась, но поворачиваться отказывалась наотрез.

– Твое имя, смерд!

"Ай-яй, зачем такой высокий стиль? Неужто так трудно догадаться, с кем разговариваешь? Для умного человека - пара пустяков. Вот, например, дворянин, а камзол носить не умеет, локти оттянул, рукава подвязаны кое-как. Ходит ровно, как на параде, земли ногой не чувствует. Когда хватается за меч или начинает ругаться, на лице растерянность. Кто такой? Понятно - землянин. Кто из землян толст, усат и ходит в каштановом парике? Дон Гут, постельничий герцога Ируканского. Вот и познакомились."

– Твое имя, падаль!

– Киун с Жестяной улицы, благородный дон.

– Из Арканара?

– Благородному дону ведомо все.

– Это не твое дело. Отвечай на вопросы.

– Из Арканара.

– Давно в Метрополии?

– Третий месяц.

– Род занятий?

"Надо бы соврать что-нибудь, да не придумывается. С такой головой разве что придумаешь?"

– Черная магия,- ответил Киун.

Дон Гут хлопнул себя по ляжкам и расхохотался.

– А ты смелая падаль! Не боишься, что я сдам тебя властям?

– Чего бояться падали?
– ответил Киун.

– Отвечай на вопросы, иначе познакомишься с дыбой! Что тебе было нужно от государственного преступника Будаха?

"Да он же в истерике,- понял вдруг Киун.- Застарелая истерика. Иначе не заговорил бы о дыбе. Что он, в самом деле пытать меня собирается? Квалификация не та. Ладно, что будем врать? Ох, снова ничего, кроме правды, в голову не лезет".

– Будах приходил ко мне за утешением.

– За утешением?

– Да, благородный дон. Он просил меня расправиться с его палачами.