Японская любовь с оттенком криминала

Она купила машину мечты. Он — бандит, которому срочно нужно в Питер. Теперь их связывает не только дорога, но и пули за спиной, запретное влечение и одна большая авантюра, которая изменит всё.

Она купила машину мечты. Он — бандит, которому срочно нужно в Питер. Теперь их связывает не только дорога, но и пули за спиной, запретное влечение и одна большая авантюра, которая изменит всё.

Кровь.

Её металлический привкус разлился по губам, когда я в очередной раз попыталась стереть её тыльной стороной ладони. Бесполезно. Она продолжала сочиться из рассеченной брови, капая на кожаное сиденье чужой машины. Чужой — какое смешное слово. Всего три дня назад я считала этот черный Land Cruiser своим спасением.

Глухой удар сзади — и лобовое стекло покрылось паутиной трещин.

— Пригнись, дура! — рычащий голос Олега прозвучал прямо над ухом.

Я едва успела рвануться вниз, когда очередная пуля пробила подголовник на месте, где секунду назад была моя голова. Запах пороха смешался с ароматом дорогой кожи салона. Какая ирония — умирать в машине, за которую я отдала последние сбережения.

Вспышка фар встречной фуры ослепила меня. На какие-то доли секунды в её свете я увидела свое отражение в зеркале — перекошенное от ужаса лицо, слипшиеся от пота волосы, глаза дикого зверя в капкане.

Кто эта женщина?

Всего неделю назад я пила латте в своем питерском офисе, злилась на опоздавшие поставки и мечтала об отпуске. А теперь мчусь по ночной трассе где-то под Хабаровском, с тремя пулевыми отверстиями в двери и бандитом на пассажирском сиденье.

— Следующий поворот налево! — Олег сжал мою руку так, что кости хрустнули.

Я резко вывернула руль, машина пошла в занос. В тот же момент из темноты вынырнули две черные "Тойоты" без номеров.

Они нашли нас.

Где-то в багажнике глухо зазвонил мой телефон. Наверное, снова Дима. Как я ему объясню, что не смогу выйти на созвон? "Извини, у меня тут перестрелка с ОПГ, перенесем на после обеда?"

— Ольга! Смотри!

Я подняла глаза и увидела его — огромный КАМАЗ, перекрывающий всю дорогу.

Последнее, что я успела подумать перед тем, как мир превратился в карусель из света, боли и лязгающего металла:

Какого черта я вообще села за руль этой машины?

А ведь всё началось с чашки холодного кофе...

Владивосток. Портовая гостиница «Волна». Утро.

Ольга проснулась от резкого крика чаек за окном. Она потянулась, сонно щурясь от яркого солнца, пробивавшегося сквозь полупрозрачные шторы. Комната была маленькой, но уютной: деревянные стены, потрепанный ковер с орнаментом, запах моря и старого паркета.

— Чёртовы пернатые... — прошептала она хриплым от сна голосом, с трудом приподнимаясь на локте.

Комната в гостинице «Волна» была крохотной, но уютной. Стены, обитые тёмной деревянной вагонкой, потрескивали от тепла. Под ногами лежал потёртый персидский ковёр с выцветшим орнаментом — явно пережиток советской эпохи. Воздух был пропитан странной смесью запахов: солёного морского бриза, старого паркета и чего-то ещё — возможно, плесени, а может, просто воспоминаний сотен постояльцев, оставивших здесь частичку себя.

Ольга потянулась, чувствуя, как хрустят позвонки после долгого сна. Рука нащупала телефон на тумбочке.

— Десять утра... — пробормотала она, щурясь на экран. — В Питере сейчас пять. И я бы ещё спала...

Мысль о родном городе вызвала в груди неприятное сжатие. Она резко откинула одеяло, словно пытаясь сбросить с себя это чувство.

Два дня назад.

Душный воздух, наполненный запахом перегретого железа от серверов. Ольга сидела, уставившись в экран ноутбука, где в зуме моргал раздражённый Дмитрий — её партнёр и, по совместительству, главный источник головной боли в последние полгода.

— Оль, ты вообще меня слушаешь? — его голос в наушниках звучал как пила по металлу.

Она машинально кивнула, даже не осознавая, о чём идёт речь. В голове крутилась одна мысль: "Ещё час — и я взорвусь".

— Ты только что согласилась снизить бюджет вдвое! — взорвался Дима.

Ольга моргнула.

— ...Что?

В трубке повисла тягостная пауза.

— Всё. Я понял. Ты вообще не в теме. — голос Дмитрия стал ледяным. — Давай перенесём на завтра. Когда ты, наконец, выспишься.

Она не стала объяснять, что дело не в сне. Что последние три месяца она просыпалась с ощущением, будто на груди лежит бетонная плита. Что каждый день — это бесконечные звонки, дедлайны, кричащие клиенты и чувство, будто она бежит по беговой дорожке, которая только ускоряется.

Санкт-Петербург. Вечер. Квартира Ольги.

Ключ щёлкнул в замке с таким звуком, будто и он устал за этот день. Ольга ввалилась в прихожую, едва не споткнувшись о порог. Пальцы автоматически расстегнули пряжку туфель, и она с облегчением почувствовала, как ноют ступни после десяти часов в неудобных лодочках.