Когда-то меня научили, что огонь в облике человека — я сама. Рыжая, дерзкая, с языком острее клинка и пальцами, привыкшими к спусковому крючку.
Меня зовут...неважно. Ведь в криминальном мире — я Бестия. Дочь могущественного крёстного отца.
Райан — холодный, собранный и сдержанный, но при этом горячий, как лава. Психолог, чья жизнь была построена на балансе, тишине и спокойствие.
Однажды потеря друга приводит его туда, куда не следовало. И теперь он — пешка в игре, где проигравшие не уходят — они исчезают.
Когда наши пути пересекаются, искры летят не только от слов.
Я — хаос, инстинкт.
Он — порядок, расчёт.
Между нами притяжение, которое нельзя объяснить и война, которую нельзя остановить. Когда правда всплывает, мне предстоит сделать выбор. Любовь или семья? Предать отца или убить любовь?
Пролог
Записано на диктофон.
Голос чуть хриплый, как после виски и крика. Паузы — будто думаю, стоит ли говорить дальше. Но говорю. Всегда говорю.
–
Меня зовут Оливия Вейн.
Да, та самая Вейн.
Да, дочь того самого. Но вы и не знаете его. Никто не знает. Даже я не знала во что втягиваюсь, рождаясь в этой семье.
Нет, я не ношу фамилию с гордостью — я ношу её как пистолет под платьем. На всякий случай. Чаще — на каждый случай.
Я сама не так давно выяснила что не так с моей семьей, почему я обучалась быть ВЕЙН с самого детства.
Говорят, рыжие — не от мира сего. Мы либо ведьмы, либо бомбы замедленного действия. Я — и то, и другое. Особенно когда меня злят. А злят меня часто. Особенно — мужчины, которые думают, что могут меня контролировать. Ха. Попробуйте. Я вам покажу, где у меня кнопка «выключить». Её нет.
Я стреляю раньше, чем думаю.
Жду — только когда знаю, что удар будет смертельным.
Бью — всегда в челюсть. Морально или физически — без разницы. Главное — чтобы запомнили.
Но вот что смешно…
Я никогда не думала, что меня собьёт с ног не пуля, не предательство, не приказ отца — а психолог. Да-да. Тот самый, в идеально отглаженных рубашках, с лицом, как у рекламы «спокойной жизни», и манерой говорить так, будто весь мир — это его кабинет, а все люди — его пациенты. И бесячим нравом, который сводит меня с ума. С точным спокойствием и безжалостной собранностью.
Райан Моррис.
Он вошёл в наш, в мой, мир чистым. Слишком чистым.
И поэтому — обречённым.
Он думал, что сможет всё просчитать. Контролировать. Успокоить.
Он не знал, что в нашем мире успокоение — это эпитафия.
А контроль — иллюзия, за которую платят кровью.
Он оступился. Один шаг — и уже по уши в грязи, которую не отмоешь.
А я… я стояла рядом. Сначала пыталась смеяться. Потом — молчать.
Потом — начала что-то чувствовать. Чёрт возьми.
Теперь передо мной выбор.
Любовь — или семья.
Спасти его — или предать.
Уйти — или остаться и сжечь всё дотла.
Но знаете, что самое страшное?
Я уже сделала выбор.
Просто ещё не сказала об этом вслух.
А может… я записываю это именно для того, чтобы услышать, как звучит правда.
Прежде чем она убьёт кого-то из нас. В частности меня.
Выбор без выбора ведь тоже выбор.
Пауза. Звук зажигалки. Глубокий вдох.
Если вы это слушаете — значит, что-то пошло не так.
Или… всё пошло именно так, как должно было.
Добро пожаловать в ад, Райан.
Я — твой проводник.
Глава 1 "Первый выстрел"
Я люблю только свои дни рождения, остальные, по большей части, ненавижу.
Отец даёт мне свободу на три дня, создавая мою иллюзию власти над собой.
Но я всегда должна проходить приём в честь...в мою честь.
Отец устраивает "семейный сбор". То есть — собирает всех своих "партнёров", "друзей", и "тех, кто ещё не понял, что уже мёртв". Шампанское льётся рекой, охранники стоят как статуи, а я в центре всего этого цирка. В платье, которое стоит больше, чем годовая зарплата нормального человека, с улыбкой, которая давно перестала быть настоящей.
Для всех я обычная девочка, дочка парочки повёрнутой на церковных обрядах. Отец священник, мать учительница.
Но на деле...
— Оливия, дорогая, поздравляю, — протягивает бокал какой-то тип в дорогих часах. Глаза — как у хищника, который знает, что добыча заперта в клетке.
Я беру бокал, приподнимая уголки губ. Не пью, просто держу. Сейчас это моё оружие.
Быстро вспоминаю кто это, даётся безумно легко...ведь я умна.
— Спасибо, Карло. Жаль, что твоя жена не смогла прийти.
Его улыбка дрогает. Я знаю и про его жену, и про его любовницу, и даже знаю, где он прячет деньги.
Правило, которому учил отец: знание — это пуля. Даже если не стреляешь, держи на готове патрон.
— Приятно было пообщаться, рад, что в свои восемнадцать ты настолько умна.
Салютую ему бокалом, перехватывая взгляд папы. Суровый, но ласковый. Точный, но нежный.
Ставлю бокал на поднос мимо проходящего официанта, и быстрым шагом иду в коридор.
Я сбегаю с собственного дня рождения.