Это замечание все же заставило Нерргара повернуться.

— Пока, — лениво отозвался он, — чужой. Все имеет свойство меняться. И вы так уверены, что это ваша страна?

У меня было стойкое ощущение, что в этой фразе таится какой-то двойной смысл, но уловить его просто не представлялось возможным. А вот принцу он был понятен. На его лице заиграли желваки, воздух вокруг него завибрировал — Его Высочество сдерживал рвущуюся на свободу магию.

Всего, что тут наговорил Нерргар, хватило бы уже на минимум три мировых скандала, но император Тейна был слишком могущественной фигурой, чтобы с ним ссориться. Сиреней пытался выстоять любой ценой.

— Конечно, моя, — презрительно выплюнул Его Высочество, возвращая себя здравый рассудок.

На это Нерргар лишь загадочно усмехнулся.

— Пусть так… И все же я до сих пор не слышу музыку. Неужели вы собирались танцевать в тишине?

Принц раздраженно взмахнул рукой, и оркестр, прячущийся на специальном балконе, тут же начал играть. Излишне громко и даже немного вразнобой. Не знаю, как остальные, а я чувствовала, что нужно поскорее отсюда сваливать. Остэшу сейчас не до любовных дел, а мне слишком не по себе находиться в одном зале со злодеем. Если папаша Алайны мне начнет что-то высказывать, я пошлю его… танцевать вальс с Нерргаром, чтобы подуспокоился немного.

Но кандидатом на посыл неожиданно оказался Его Высочество.

— Леди Алайна, вы же не откажете мне в танце? Вы обещали. — он произнес это нарочито громко, перебивая звуки инструментов и не давая мне ни единого шанса притвориться немножечко глуховатой.

— К-конечно. — вокруг тут же образовалось пустое пространство. Бежать было некуда.

На мне скрестились сразу два взгляда.

Ожидающий и немного нервный принца и холодный, ничего не выражающий, злодея. Но на долю секунды мне показалось, что под прозрачно-голубым льдом беснуется штормовое море. Но лишь на миг. Наверное, свет так упал.

Но что интересно — оказывается, оттенки глаз у двух мужчин были немного похожи. У Его Высочества точно были голубые глаза раньше?

— Ваша фаворитка? — спросил Нерргар, продолжая смотреть на меня.

— Можно и так сказать.

Подавила желание многозначительно прокашляться. Эй, вы, мистер с нулевым количеством симпатии, что за заявления?

— Так ваша или нет? — у злодея в руке откуда-то появился бокал, из которого он лениво сделал глоток.

Диалог велся в таком странном ключе, что я бы не удивилась, если бы следующим вопросом было: “По чем продаете?”

— Моя, — с вызовом произнес принц.

— Тогда разрешите одолжить.

— Что, простите?

— Ну знаете, — Нерргар будто задумался, — обычай есть такой. Гость имеет право одолжить ненадолго женщину у того, кто его пригласил.

Это же надо было так извратить понятие “право первой ночи”. Может, кто-нибудь ему расскажет, что он не так все понял? Или он просто издевается.

— Извините, я не настолько гостеприимен, — отрезал Его Величество.

Я тоже. У меня санитарный день, гостей не принимаем.

— И все же я настаиваю, — злодей ничуть не смутился. Сделал еще один медленный глоток. Дернулся кадык. Я неосознанно тоже сглотнула — в горле вдруг пересохло. — всего один танец. М-м?

Он вроде бы говорил с Остэшом, но так как его взгляд был все еще направлен в мою сторону, было ощущение, что разрешения он просит тоже у меня.

— При всем уважении, — было страшно перечить вселенскому злу, но у меня просто уже никакого терпения не хватало вот так спокойно стоять и ждать, пока они там между собой договорятся, — Но я не приз и не вещь, переходящая из рук в руки.

— Ваша правда. Вы куда ценнее, — лениво проронил Нерргар, — именно поэтому я пока что лишь прошу: подарите мне один танец. Откройте со мной это чудесное во всех смыслах торжество.

Нерргар Эхейн

Итак, первое - терпение. Второе - терпение. Третье - одним движением свернуть всем присутствующим ше… терпение. Это то, что он с переменным успехом тренировал в течение трех лет. Даже монахи в горных храмах не настолько терпеливы как Нерргар.

Ну же. Он гипнотизировал Алайну взглядом, мысленно подзывая ее к себе. “Иди сюда. Ближе-ближе-ближ-же”. Хотя бы один шаг вперед. В такой случае будет понятно, что она согласна, и Нерргар сможет подойти. Интуитивно он чувствовал, что первому двигаться сейчас не стоит — спугнет.

Продолжал играть оркестр, лилась по залу мелодия, но никто не решался ступить на танцевальный паркет, ведь бал еще не был открыт. Придворные с напряжением следили за разворачивающейся сценой, и это явно доставляло девушке еще больше неудобств. Может, выколоть им всем глаза? Мешают. Все мешают.