— И что вы будете делать? — спросила Лукерья.

— Уйдем в партизаны, — сказал Удалов. И почему-то подмигнул.

— Вот именно, — согласился Стендаль.

А к Лукерье уже спешили Ромочка с Матвеем. Видно, Василий поднял тревогу.

— Луша, — пропел Ромочка, — ну куда ты с такой высокой температурой на улицу выбегаешь?

— Нет у меня температуры, пришелец проклятый.

И видно, этот возглас прозвучал забавно, все мужчины стали смеяться, а Ромочка повел рыдающую жену домой.

— Грипп наступает, — заметил Удалов. — Как дела в Европе?

— В Европу вирус уже проник, — сказал Стендаль.

— Выздоравливай, Лукерья! — крикнул Удалов.

9

Ночью Лукерья лежала рядом с Ромочкой. Тело у него было горячее, страстное. Но он сдерживался.

— Пойми, — говорил Ромочка, — так устроена Вселенная. Кто сильней, тот и скушал. Завтра придет новый сатана и всех нас сожрет. Так вы, люди, истребили тасманийцев, птицу додо и морскую корову Стеллера, которые не были виноваты в том, что живут на одной с вами планете. Мы — санитары леса. Ваша цивилизация зашла в тупик и не сегодня — завтра сама себя задушит. А мы ей помогаем.

— А дальше что? — Лукерья сглотнула слезы.

— Если нас не раскусят и сопротивления не будет, то через два-три года ты будешь жить в новом, упорядоченном и счастливом мире.

— Меня кирпичом по затылку, да?

— Ты моя жена! — рассердился Ромочка. — Можно сказать, любимая туземка, наше доверенное лицо. Ты что думаешь, нам запрещают с туземками жить? Да я имею право себе хоть десяток таких, как ты, взять!

— И намерен?

Ромочка спохватился.

— На деле я не намерен, потому что люблю тебя как настоящую жену.

— А если я поеду в Вологду?

— А там что?

— А там в милицию или в армейскую часть — не знаю еще куда! Может, в какую-нибудь в партию!

— Только не в партию, — сказал Ромочка. — Там уже все наши.

— А если я все же найду…

— Будет война, — вздохнул Ромочка. — Многие погибнут. Может, мы даже потерпим поражение и нам придется аннигилировать твою планету. А жаль. Столько усилий мы положили.

Он опустил руку ей на плечо, провел пальцами по шее.

— В конце концов, — прошептал он, — какая тебе, простой женщине, разница, кто правит Россией, если у тебя есть здоровый любимый мужик? Ты чего добьешься? И мужика лишишься и, возможно, жизни. А уж счастья тебе не видать.

— Ах, — вздохнула женщина. — Какая мне разница! Пришельцы-мришельцы, оккупанты, шпионы, завоеватели, поработители… а ты, Ромочка, меня не оставишь?

— Если не будет приказа…

— Обними меня, любимый!

10

Профессор Минц с Корнелием Удаловым подкрались поближе к погасшему окну на втором этаже. Они затаились за кустом орешника. Минц направил на окно не видимый обыкновенным глазом лучик зомбификсатора.

На махоньком дисплее задрожала алая искорка.

Рядом, впритык к ней, горела искорка изумрудная.

— Как славно, — сказал Удалов. — На таком расстоянии различает. Ты гений, Лев Христофорович.

Минц наклонил талантливую голову. Он привык к похвалам.

— Не будем себя тешить. Это лишь начало пути. Создать зомбификсатор могли бы, по крайней мере, три лаборатории на земном шаре. А вот внедрить его, заставить руководителей различных государств поверить в страшную опасность, которой подвергается Земля, — это куда труднее.

Алая искорка слилась с изумрудной.

Удалов вздохнул.

— А ведь хорошая была женщина… А теперь? Немецкая овчарка?

— Не клейми ты Лукерью, — ответил Минц. — Я почти убежден, что она и не подозревает, что находится в объятиях инопланетянина. Она верна своему мужу.

А там, на втором этаже, Лукерья воскликнула:

— Любовь ведет меня к подвигам. Ради нее я готова на многое.

— Не торопись, — ответил пришелец. — Будут тебе задания, будет тебе работка…

Минц спросил:

— Когда последний автобус на Вологду?

— Через двадцать минут.

— Тогда пошли.

— Лев, побойся Бога! Мне домой надо забежать, Ксению предупредить.

— Мы позвоним ей из Вологды.

— Что за спешка?

— У нас нет ни минуты, — сказал Минц, спрятал зомбификсатор в карман и быстро пошел по улице.

Удалов махнул рукой и припустил за другом.

Их путешествие будет непростым, и результаты его еще не ясны.

А Лукерью жалко…

INFO