Скрюгхольд — самый большой банк Дрюклаара. Да что там города — самый крупный во всей Шарглутии! А может, даже и в мире? — скрашивал ожидание размышлениями Ксавуд.

Мы, гоблины, — усмехнулся он, — всё-таки самые умные! Берём гномьи золотые монеты, режем, рубим, плавим, добавляем туда серебро и бронзу, а потом выдаём за полновесные золотые. Так ещё и весь мир пользуется нашими монетами!

Его губы расплылись в довольной ухмылке.

Какая же это была гениальная афера! Пока все пытались торговать за свои местные валюты, пришли мы и заставили пользоваться только нашими монетами. Да, у нас нет ни рудников, ни пашен, ни скота. Зато у нас есть мозги. Жажда денег. И предприимчивость. Это и стало нашим основным ресурсом.

Это же Шаргон пустил по Растер тракту первые караваны! — гордо подумал Ксавуд. — Это мы наладили перевозки и логистику с одной части континента на другую. Заставили другие расы охранять тракт, построили города в начале и в конце. А потом объявили его нейтральной землёй. Везде, кроме Шарглутии, ха-ха!

Вот жили раньше кентавры в своих лесах и ни с кем особо не торговали. Пришли мы и нашли у них в рационе столь необходимые всем специи. Теперь мускатный орех и гвоздика считаются самым дорогим, что есть в мире — в десятки раз дороже золота. Самим кентаврам торговля не интересна, поэтому покупаем у них только мы. А дальше по всему свету эти специи идут с тысячекратной наценкой.

Оххх, тысячекратная наценка… Мне бы продать хоть пару килограммов этих специй — до конца жизни можно не протирать штаны на работе.

А сами кентавры за это что получают? Говорят, ничего особенного. Металлы, что мы покупаем у гномов и продаём по всему свету, да разные травы. Но травы они вроде берут у соседних Эльдории и Эльдоракса. Может, что и хоббиты с Хобоульда докинут. Хотя, может, кто-то из наших и травы там скупает и продаёт их кентаврам. Ха-ха. Глупые расы: делают всё они, а богатеем мы.

От этой мысли Ксавуд почувствовал особенное удовлетворение.

Вот взять даже мелких хоббитов. Рос у них шафран больше четырёх сотен лет. Ну, рос и рос, они его в мясо добавляли и даже не думали продавать. А был у них как-то гоблин проездом. Попробовал он этот шафран, и развернулось его выращивание так, что даже самим хоббитам остались какие-то деньги. Ха-ха-ха. А гоблин тот теперь важный вельможа, член совета Шарглутии.

Таких немного.

Всё то время, что Ксавуд предавался размышлениям, сбоку от него переговаривались два важных на вид гоблина. Один был тучный и влиятельный, а второй — помельче, и голос его был заискивающим. Фразы их разговора доносились до Ксавуда, но не особо его интересовали, пока тема наконец не выдернула его из собственных мыслей. Он начал вслушиваться в их диалог. Услышанное ввергло его в шок.

— Так что остаётся вариант только с этим Жмулом, если ты всё ещё хочешь заполучить его хибару, — пробасил тучный гоблин, продолжая диалог и поправляя складки на жирной шее. — В остальных случаях я тебе не помощник.

— Да-да, уважаемый Мизгратак! — зачастил мелкий гоблин, подобострастно прижавшись к стене. — Моя фирма разрослась. Нужно открывать новые точки. А его хибара как раз на перекрёстке и на первом этаже. Я готов заплатить за помощь, как и договаривались, двести золотых!

Мизгратак почесал живот.

— Двести, говоришь? Хм. Жмул живёт там лет десять, платит исправно, нарушений особых нет. Двести пятьдесят будет в самый раз.

— Помилуйте, я с этой точки двести пятьдесят долго буду отбивать! — Мелкий гоблин заёрзал на месте. — Мы ведь изначально говорили про двести! Вы же сами согласились, когда Грузгар нас познакомил!

Лицо тучного Мизгратака стало надменным.

— Неважно, что согласился. Дело оказалось сложнее, чем обговаривали. Да и про Грузгара я совсем забыл, так что это дельце выйдет вам в триста золотых. Его долю я сам передам.

— Триста?! — вскрикнул тощий. Но Мизгратак очень сурово посмотрел на него, призывая к тишине.

— Господин, но у меня нет сейчас свободных трёхсот золотых, давайте двести пятьдесят, как вы и сказали. С Грузгаром я сам расплачусь.

Глядя, как отчаяние и жадность искажают лицо тощего, Мизгратак лишь усмехнулся.

— Значит, найдёшь, — безразлично бросил он, отворачиваясь. — Залог в пятьдесят монет уже у меня, осталось всего две с половиной сотни. Или не получишь ни хибары, ни моей помощи. Больше мне нечего обсуждать!

— Но вы гарантируете результат, если я передам вам всю сумму? По вашим словам выходит, что явного повода к выселению нет, — в смятении бросил вслед отворачивающемуся Мизгратаку тощий.

— Запомни! Повод всегда найдётся. Подготовь эти двести пятьдесят золотых, и Жмул будет на улице в очень короткий срок. А ты получишь ключи. Понял? И чтобы никаких глупостей, никаких жалоб потом. Главное — вовремя плати мне мои денежки.