— У тебя есть презерватив? — прошептала я.

И тут меня накрыло полным, безумным и беспросветным сюром происходящего: голая, я спрашиваю голого Люка Тейлора, есть ли у него презерватив. Мне пришлось физически напрячься, чтобы не засмеяться. И чтобы не схватить телефон и не написать Флоре.

Пока Люк натягивал презерватив, я старалась вежливо смотреть в потолок, а потом задумалась, не надо ли похлопать его по спине или еще что… ну, как-то поддержать контакт.

Он повернулся, поцеловал меня и немного отстранился. В кино люди справляются так легко. Будто состыковать там все как надо проще пареной репы, и даже целиться не надо. Я сунула руку между нами, помогая Люку войти…

И вот он оказался внутри меня. Действительно, приятно. Безумно приятно. И сюрреалистично. Я все же не сдержала смешок.

— Ты смеешься надо мной? — улыбнулся Люк. — Это не совсем тот момент, когда ждешь от девушки неконтролируемого веселья.

Не было никакой неловкости. Не скажу, что потеряла разум и воспарила, нет. Я все еще переживала, как выгляжу, и не надо ли изобразить что-то из репертуара порнозвезд, хотя понятия не имела, как это сделать. Но это было самое близкое к моим представлениям об отличном сексе.

После очень хотелось писать, но казалось, что туалет так далеко…

— Эм, Фиби. — Люк резко сел.

Я слишком устала, так что даже глаза не открыла.

— М-м-м-м?

Он помолчал.

— А где презерватив?

Глава 17

— Срань! Черт! Нет! Как?!

Фиби скакала по кругу, натягивая пижаму и шипя разномастные ругательства.

Я потер глаза, силясь сосредоточиться. Но происходящее казалось слишком сложным для осознания в три часа ночи. Впрочем, справедливости ради, в любое другое время, наверное, тоже. Живот свело от холодного липкого чувства, что случилось что-то очень, очень плохое.

— Черт… Фиби… Мне так жаль. Что мы можем сделать? Чем это грозит?

— Не знаю, Люк, — огрызнулась она. — Как ни странно, со мной это впервые. Я обычно не шатаюсь по округе с застрявшими во мне презервативами!

— Ладно. Ну… уверен, мы разберемся.

Фиби дернула за ручку двери.

Да, отлично. Ты прям обнадежил. Я в туалет.

Затем убедилась, что коридор пуст, и вышла.

Я слышал, как ее ноги в носках быстро стучат по полу.

Натянув боксеры, я выскочил следом и постучал в дверь уборной:

— Фиби? Ты в порядке?

— Не совсем, — прошипели с той стороны.

Она тяжело дышала.

— Что… что мне делать?

— Можешь привести Фрэнки и Негин?

— Эм… ладно. А они не спят?

— Я не знаю! Просто приведи их!

Я подошел к комнате Негин и замер. Телефон показывал семь минут четвертого ночи.

Я тихонько постучал и услышал бормотание — что-то похожее на «не умерла». Решил было, что Негин говорит во сне, но потом Фрэнки добавила куда громче:

— Она не умерла, Фибс. Мы обе живы. Проваливай, Фибс.

Я снова постучал, и из-за двери донесся двойной стон. Затем какое-то шебуршание и голос Фрэнки, который становился все громче по мере приближения:

— Даже не представляю, на кой хрен ты тут долбишь в три ночи. Это пусть тебя долбит Люк Тейлор. О, Люк, подолби меня, ты такой классный, Люк, о-о-о-о.

Фрэнки распахнула дверь и моргнула. Она была обмотана одеялом, будто тогой, а волосы торчали во все стороны.

— Люк Тейлор. А я вот буквально только что о тебе говорила.

— Эм, ага, прости, что разбудил, Фрэнки. Просто Фиби… вас зовет. Она в туалете.

Она скривилась:

— Блюет? Ты не в силах справиться со рвотой? Ты ж ее бойфренд!

— Ну… технически нет…

Фрэнки прищурилась:

— Технически не блюет или ты технически не бойфренд?

— Фрэнки, а это может подождать? Вы правда нужны Фиби. Срочно.

Она вздохнула и открыла дверь во всю ширь, демонстрируя Негин в кровати под другим одеялом.

— Ладно. Негин, подъем. Сестричка в беде. — Затем повернулась ко мне: — Так чего там с ней стряслось?

С кухни доносились голоса людей.

И запах тостов, которые они ели. Их близость мешала нормально соображать. Надо было сразу взять телефон… теперь за ним уже не вернуться. «Давай уже, покончи с этим».

Я мысленно успокаивала себя, будто перед экзаменом: «Все будет хорошо. Ты справишься». Затем отвела плечи назад, словно перед олимпийским забегом. Черт. Чем дольше тянешь, тем сильнее волнение.

С глубоким вдохом я засунула в себя пальцы, подвигала ими туда-сюда, но ничего не нащупала. Я села на унитаз, полностью стянула шорты, а потом задрала одну ногу на сидушку, как учила Флора, когда я впервые вставляла тампон. Я снова сунула пальцы внутрь и будто даже что-то нашла. На секундочку. И всякий раз, когда я касалась презерватива внутри себя, к горлу подкатывала тошнота. Он точно был там, я просто не могла его достать. Боже.