Михаил криво усмехнулся и потёр руки, будто в предвкушении.

— Пожалуй, с богами я ещё не сражался. Как думаешь, Яр, если у меня получится, меня назовут Михаилом Богоборцем?

— Вряд ли, — улыбнулся я. — Богами ведь христианство их не признаёт, а значит, будешь ты Михаил Бесобой. Ну или ещё как-то так. Но к лику святых после смерти причислят, скорее всего.

Брат откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

— Войду в историю.

Мы с сестрой переглянулись, и Дарья прижалась ко мне. Говорить Михаилу о том, что убивать богов — дело отнюдь не лёгкое, никто из нас не стал. Так что просто ехали дальше, наслаждаясь обществом друг друга.

В конце концов, для чего ещё нужна семья?

Я откинулся на спину и, заложив руку за голову, успокаивал собственное дыхание. Лежащая рядом Котёнок тяжело дышала, раскинувшись звёздочкой на постели. На лице моей жены блуждала довольная улыбка.

— Знаешь, мне нравится быть замужем, — прошептала она, взяв меня за руку.

— То ли ещё будет, Котёнок, — ответил я, подхватив её кисть и принявшись целовать пальцы. — К тому же ночь ещё только началась…

— Вы умеете заставить девушку краснеть, ваше сиятельство, — посмеялась графиня, прежде чем закинуть на меня ногу.

— Я такой, я могу, — с важным видом кивнул я.

— Но я бы не отказалась поесть, если честно, — повернувшись ко мне, призналась Котёнок. — От таких марафонов я что-то быстро чувствую голод.

— Тело расходует много калорий, так что ничего удивительного, — усмехнулся я, жестом вызывая меню дополненной реальности. — Чего желает моя ненаглядная супруга?

Она легла набок, уложив голову мне на грудь, и прикрыла глаза с довольной улыбкой.

— Положусь на твой вкус, дорогой.

С помощью меню я передал заказ на кухню, и тут же увидел отметку, что блюда начали готовить. Конечно, наш шеф-повар сейчас спит, но дежурные воины поварёшки и ножей всегда находятся на месте — и на следующий день нужно заготовки успеть нарезать, натушить, и кормить ту же дружину необходимо.

Смахнув голограмму окна, я обнял жену, тихо сопящую на моей груди. Смотреть на её расслабленное лицо с чуточку приоткрытыми губами без улыбки было невозможно. Да, определённо с супругой мне в этой жизни повезло.

Отменять заказ я уже не стал — прислуга доставит еду, и Котёнок вполне может проснуться, чтобы заморить червячка. Да я и сам был не прочь умять кусок мяса, а то и что-то посерьёзнее.

Выбираться из объятий не хотелось, так что я развернул свои записи и принялся за работу над новым зельем. Конечно, исцеляющее снадобье — это огромный прорыв, однако на нём останавливаться нельзя. У нас уже есть восстановление, «берсерк», теперь добавилось лечебное. Пора переходить на тяжёлую артиллерию.

Оружие.

Как завещал профессор зельеварения, можно закупорить смерть. И в моём понимании такими жидкими заклинаниями вполне могут стать банальные огненные шары и распыляющиеся яды. Даже кислотные брызги, упакованные в тонкое стекло, могут доставить немало хлопот не ожидающему такой подлости противнику.

На местных учёных надежды нет. Без помощи Смерти они бы так и не открыли портал в Аэлендор. Как ни прискорбно это признавать, но придётся действовать самому. Мне не хочется, чтобы кто-то перехватил инициативу. Раз уж Князевы застолбили себе место специалистов по магии, нужно его удерживать. Тем более что в энделионе, в отличие от других семей, мы фактически не ограничены.

Государь ни за что не станет рубить сук, на котором сидит. Без магических камней начнётся слишком сложный момент, когда Российскую Империю можно будет брать голыми руками. Слишком многое у нас завязано на эти камни, чтобы мы могли перестроиться на лету.

В итоге я сам не заметил, как уснул, убаюканный сопением жены, с раскрытым окном дополненной реальности. Принесённую еду мы так и не попробовали.

— Присаживайся, Ярослав Владиславович, — добродушно улыбаясь, махнул в сторону кресла государь. — Нам предстоит непростой разговор.

Я опустился на указанное место и сложил руки на подлокотники.

Моё появление у его императорского величества, конечно, событие не самое обычное. Но я уже как-то начинаю привыкать к посещениям Кремля. Так, глядишь, вообще стану ходить сюда, как на работу. Меня вон, кажется, местные сотрудники уже и в лицо узнавать начали.

— Слушаю вас, ваше императорское величество, — склонив голову, произнёс я.

— Предлагаешь мне самому задавать вопросы, — император сделал намеренную паузу, чтобы усилить продолжение речи, и выдохнул: — граф?