Такой вердикт мне вынес властный, могущественный незнакомец после нашей неудачной встречи.
А потом поставил самый низкий балл на вступительном экзамене.
Я жажду учиться. А он поставил целью меня отчислить.
Ведь он же для этого буквально преследует меня?
Уникальный соавторский проект 10 авторов
1. Встреча в парке
— Ты уже решила, на какой факультет будешь поступать? — спрашивает меня Гелла, моя давняя подруга.
— Меня мама на травничество отправляет, а папа на артефакторику, — я пожимаю плечами и загадочно улыбаюсь.
Я-то сама уже давно решила, что ни туда, ни туда я не пойду. У меня другой план!
Гелла видит мою улыбку и качает головой. Она мне как сестра, слишком хорошо знает, поэтому легко понимает, о чем я думаю. Она заговорщицки оглядывается.
Вокруг нашей лавочки никого. Мы недаром выбрали уединенное место у фонтана. Тут можно секретничать и не переживать, что кто-то появится и подслушает. Здесь если кто и проходит, то только чтобы срезать путь до ближайшего выхода из парка.
— Что ты задумала, Агния? — Гелла берет меня за руки и заглядывает в глаза. — Давай, признавайся, а то я же умру от любопытства.
— Я выбрала факультет, — отвечаю я.
В груди аж все горит от нетерпения поделиться, но я выдерживаю театральную паузу и потираю руки.
У Геллы расширяются глаза от понимания, что именно я выбрала.
— Только не говори, что это то, о чем я думаю! Ты сумасшедшая!
Я закусываю губу и с воодушевлением киваю, как китайский болванчик.
— Да! Стихийный факультет! Я уже год тренируюсь, — признаюсь я, надеясь, что Гелла оценит. — Сама! В библиотеке у папы нашла книги и читаю их.
Почему-то я не вижу восторга в глазах подруги. Наоборот, она хмурится всячески показывая, что считает это очередной моей прихотью.
Но это не прихоть. Это моя мечта, которой я живу уже три года. С тех пор, как на этот факультет поступил друг моего старшего брата. Самый-самый потрясающий парень среди всех.
— Туда же бешеный отбор! — неодобрительно говорит Гелла. — Поступают только сильнейшие маги. А еще…
Подруга придвигается ко мне ближе и практически шепчет на ухо, хотя рядом все еще никого.
— Говорят, что отбор на этот факультет курирует сам попечитель академии, — в глазах Геллы мелькает тревога. — Магистр темных искусств и Мастер объединенных стихий. А еще говорят, что у него нет сердца!
Я глажу обеспокоенную Геллу по плечу и пытаюсь успокоить.
— Вот увидишь, я впечатлю его своими умениями так, что он сразу же меня зачислит, без остальных экзаменов! Хочешь, покажу тебе, что я умею?
Еще до того, как Гелла успевает отказаться, я начинаю плести заклинание, направляя его на фонтан. Вся вода из него, мерцая яркими бликами на солнце, собирается в одну большую каплю.
Подруга восхищенно ахает. И замирает.
А я понимаю, что попала впросак. Капля слишком тяжелая! Не рассчитала я немного…
Мне приходится сильно напрячься. Руки подрагивают, а по виску скатывается маленькая капелька пота. Теперь нужно всего лишь аккуратно опустить все на место и снять плетение.
Я делаю глубокий вдох и выдох, стараясь сконцентрироваться на возвращении воды в фонтан.
— Что здесь происходит? — раздается низкий, пробирающийся под самую кожу голос, заставляющий сердце на миг замереть.
Вздрогнув, делаю неловкое движение рукой, и вся эта глыба воды обрушивается на незнакомца. Гелла где-то сзади совсем не по-женски ругается.
У меня внутри все обмирает, когда я поднимаю взгляд на мрачного, высокого и теперь совершенно мокрого мужчину. Его черная шелковая рубашка облепляет широкую рельефную грудь и совершенный пресс. Намокшие брюки, соответственно, подчеркивают узкие бедра и мускулистые длинные ноги.
Эта картина заставляет меня застыть с раскрытым ртом. Такой идеальной, как у скульптур, фигуры мне еще не доводилось видеть. Длинные черные волосы, бездонные глаза цвета ночного неба дополняют картину, прибавляя дополнительных пунктов к красоте незнакомца.
А вот его темный, холодный взгляд вынуждает сердце сначала замереть, а потом затрепетать как крылья у колибри.
— Ой! Извините! Я сейчас все исправлю! — восклицаю я и дрожащими руками создаю плетение, которое должно бы высушить одежду незнакомца.
Но что-то идет не так. Вместо ожидаемого эффекта штанина мужчины вспыхивает ярким сине-зеленым пламенем.
— Ой-ой! — снова выпаливаю я.
— Стой! — только и успевает крикнуть он, прежде чем я направляю на пламя воздушный поток, который не сбивает огонь, а, наоборот, только помогает ему разгореться.