Последние месяцы мы уже не намекали, а прямо говорили, что за ту работу, что выполняем с девчонками, зарплата должна быть выше. Ладно, попробуем перенести вылет, поменять билеты. Тем более что перемены обещают быть к лучшему.

— Хорошо, я все сделаю, — кивнула я, смирившись с отложенным отпуском.

— Вот и умничка, — довольный хозяин потер руки, — иди, до встречи в понедельник.

— Ну?

— Можно поздравлять?

Вера и Светка окружили меня, как только я вышла из кабинета. Их лица светились надеждой и поддержкой.

— Смотря с чем. Если с увольнением Эдуарда — да. А вот с назначением пока нет.

Я пересказала девчонкам слова хозяина. Он прямо не называл меня, но перемены и намеки давали повод надеяться, что новым директором буду я.

— Уи-и-и! — взвизгнула Вера и обняла. — Наконец-то! Ух, теперь развернемся!

Остаток рабочего дня девчонки то и дело отвлекали меня рационализаторскими идеями — от набора нового персонала до замены поставщика молочки, который постоянно путал заказы.

— Костик, ты дома? — едва открыв дверь, крикнула я в темноту квартиры. Тишина — значит, на работе задержался. Последний год так часто бывает. То поставка под конец дня, то заказчик просит дождаться. Муж трудится в небольшой мебельной фирме, где у каждого помимо основной работы есть еще ряд обязанностей.

Костик, кроме общения с клиентами, занимается заказом материалов для производства.

После женитьбы сына в доме словно исчезло главное, что объединяло нас. Раньше вся моя жизнь крутилась вокруг Егора: садик, школа, кружки. Сейчас пусто. Непривычно тихо. И очень тоскливо. Конечно, не будешь держать сына за руку до старости. Детей надо уметь отпускать. И я отпустила. Тем более что жена у него замечательная, добрая Маша. Мы отлично ладим, созваниваемся даже чаще, чем с сыном. Понимать разумом — одно, а научиться жить с этим — совсем другое. Переоделась в домашнее и побрела на кухню греть ужин.

Звонок телефона вывел меня из задумчивости. В сумочке, оставленной на вешалке, раздавалась мелодия «Полета валькирии» — значит, Инка звонит, моя подруга со школьных лет.

— Катька, выходи, я жду тебя на качелях, — радостно заявила она. Непонятно, шутит или нет. Ведь притащиться ко мне под окна в одиннадцать вечера и вытащить на прогулку вполне в ее стиле.

— Иди в пень, — беззлобно ответила я, — я чертовски устала. Опять твои шуточки.

— Да какие шутки? Я серьезно, в окно посмотри.

Выглянула и действительно увидела Инку на качелях, с бутылкой шампанского, которой она активно размахивала, приветствуя меня.

— Шевели булками, Ефимова, — продолжала настаивать подруга, называя девичьей фамилией. Она категорически не принимала мою новую фамилию по мужу, мотивируя тем, что когда я разведусь, поменяю ее обратно. Ее не смущало, что я давно замужем. Ей просто не нравился Костик, и она не упускала случая об этом сказать. — Повод есть.

Погода стояла шикарная — теплый летний вечер, поэтому вышла как была — в домашних шортах и короткой майке, еле прикрывающей живот. Фигура позволяет носить такое без стеснения, но в моем возрасте следовало бы быть сдержаннее. И фривольность я себе позволяла только дома.

— О! Наконец-то нормальная одежда! — одобрила Инка, одетая точно так же как я сейчас — шорты и майка. Всегда носила вызывающие наряды, отмахиваясь: «Фиг ли нам, красивым бабам».

— Что за повод? — села на скамеечку рядом с качелями.

— Забыла? — показательно надулась Инка, заставляя меня мучительно вспоминать: день рождения подруги зимой, годовщина последнего развода, которую она отмечает каждый год через неделю… Перебирала в памяти возможные варианты.

— Тьфу, какая ты скучная, Катька, отпуск твой, ну! — Инна ловко откупорила бутылку, и из горлышка фонтаном брызнуло шампанское. — Ну е-мое! — расстроилась она, глядя, как пена стекает по бокам бутылки. — На! Пей! — протянула мне игристое.

— Галя, у нас отмена, — хмыкнула я, принимая угощение, — с понедельника отпуск. Сегодня Палыч директора уволил, у нас ревизия.

— О, двойной повод! За новую должность, подруга! — повеселела Инка, намекая на мое назначение.

Мы проболтали до полуночи, и уже почти собрались расходиться, как у подъезда остановился ярко-красный спортивный автомобиль. Из пассажирской двери вышел Костик.

Муж поправил галстук, похлопал по карманам, вынул ключи и пошагал к парадной. Авто медленно двинулось по двору. Поравнявшись с нами, спорткар притормозил, будто нарочно, давая рассмотреть водителя. Молодая девчонка, ровесница Егора, крутила руль длинными наманикюренными пальцами. Я машинально уставилась на свои коротко остриженные ногти и тут же получила от Инки тычок в бок.

— Это что за кукла? — спросила подруга, косясь на незнакомку.

Глядя на заднее стекло авто, выезжающего на проспект, я не знала, что ответить.

Пока поднималась на свой четвертый этаж без лифта, в голове стремительно менялись мысли — от устроить скандал до сделать вид, что я ничего не заметила. Пожалуй, просто спрошу, а там все зависит от его ответа, так решила я, заходя в квартиру. Перешагнув порог, запнулась о ботинки супруга, разбросанные на коврике, чертыхнулась и в сердцах пнула один из них.