— Смешно, — выдавил кислую улыбку Эру. — Но вряд ли бы вы шутили, завидев это все своими собственными глазами. Пепельный Король соберет армаду, способную стереть с лица земли любую армию, посмевшую бросить ему вызов. Аку, я всегда был о тебе хорошего мнения, как о мужчине, и как о вожде. Ты никогда не был глупцом — так прими верное решение. Либо ты и твои люди присоединитесь к Пепельному Королю и присягнете ему на верность, либо ваши кости еще до середины зимы обглодают дикие звери.

Какое-то время в шатре стояла тишина. Наконец, Аку начал говорить, глядя прямо в глаза Эру:

— Тот Эру, которого я знал, не преклонил бы колено ни перед кем, кроме собственного дитя, чтобы взять его на руки. Мы никогда не будем биться бок о бок рядом с демонами против простых людей, даже вессов, пускай когда-то наши с ними предки рвали друг другу глотки. В знак старой памяти я прощаю тебе угрозу, которую ты кинул мне в лицо прямо перед моими людьми. Но только один раз. Прощай, Эру. Пусть твой костер никогда не погаснет.

— Прощай, Аку, — кажется, в голосе Эру сквозило не то досада, не то сожаление. — Ты был хорошим человеком.

Произнеся это, он вместе со своими людьми вышел прочь. Бегущие за Ветром же принялись перешептываться, кидая на Аку косые взгляды. Кажется, не все поддержали его решение отвергнуть предложение Эру.

— А что если он прав? — заявил длинношеий собиратель Дол. — У него оружие и доспехи как у южан — если Король решит поработить нас, чем нам отбиваться? луками и ножами?

Бегущие за Ветром загудели. Кажется, мнения разделились. Половина присутствующих были согласны с Долом, оставшиеся же безоговорочно приняли сторону своего вождя. Подождав, пока разговоры поутихнут, Аку взял голос:

— И это еще один весомый довод сняться с насиженных мест и уйти на юг. Чем дольше мы ждем, тем больше рискуем. Дети Гор жили всего в трех днях пути от нас. И сейчас они все мертвы, а если кто и выжил, тот завидует мертвым. Мы можем быть следующими.

— Южане загонят нас, как диких зверей, — проворчал кто-то.

— Да, если мы будем вести себя как звери, — кивнул Аку, не став спорить. — Дом Волка издавна существует со многими из нас бок о бок, помогая в трудные зимы. Кто прислал Трехглазым вяленого мяса, спас тем самым их от голода, когда почти всех их оленей забрала хворь? Кто пришел на помощь и очистил земли Поющих со Льдом, когда их угодья разоряли сошедшие с гор ямаваро, воруя скот и убивая людей? Разве посмеете вы после всего этого называть всех южан врагами и желать предать огню их дома?

Недовольные пристыженно поникли и даже самым крикливым нечего было сказать против. Керо же как никогда был горд за своего отца, который как всегда смог найти нужные слова. Керо мечтал когда-нибудь также стать вождем племени, мудрым и заботящимся о каждом сородиче, точно о родном брате.

— Я согласен с Аку, — сказал Кеничи и обозрел собравшихся вокруг покрытыми бельмами глазами. — Как бы горько было не признавать это, но оставаться для нас равно что добровольно пустить смерть в свой дом.

— Разве не ты говорил, что покинуть могилы предков — что плюнуть на их могилы? — спросил кто-то.

— Я не отказываюсь от своих слов. Мы будем молиться днями и ночами об их прощении, — не стал спорить Кеничи. — Думаю, они поймут и простят нас. Мы, старики, свое уже отжили и каждую ночь, закрывая глаза, я готов к тому, что утром уже их не открою. Но разве можем мы из-за упрямства или гордости рисковать жизнями наших детей?

Кажется, поддержка старого лекаря, который не так давно громче всех выступал против переселения, окончательно склонило чашу весов на сторону Аку. Уходить они порешили через несколько дней, когда в деревню вернутся все охотники и собиратели.

Керо долго ворочался на шкурах, не в силах заснуть. Стоило ему только прикрыть глаза, как он точно бы воочию видел Черную Кузницу — в его воображении она была высоченной башней из железа, упирающейся в небо и плюющейся огнем и серой — бесчисленные орды демонов, идущие сквозь Хрустальные Пустоши и самого Пепельного Короля, что представлял собой огроменную бесформенную тень с пылающими глазами и зубастой пастью. Поняв, что со сном ему сегодня вряд ли доведется свидеться, Керо быстро оделся и принялся осторожно пробираться к выходу, чтобы случайно не разбудить родных.

Похоже, отец тоже не смог забыться. Сидя на бревне рядом с домом, он строгал небольшим ножом какую-то палочку. Аку делал так каждый раз, когда выдавалась свободная минута. Иной раз у него получались воистину удивительные творения: свистки и фигурки людей или животных, что выглядели точно живые, флейты и меленькое оружие, на которое страшно было даже дышать, до того оно казалось хрупким. Иногда же Аку просто убивал время, но и в этом случае покрытое различными дивными узорами дерево не могло не вызвать восхищение.