А значит, прямо врать нельзя.

И даже уворачиваться от ответа нужно аккуратно. Не сам Рамсей, так его аналитики сложат пазл и придут к верному выводу. Моя задача — пустить их по ложному следу.

— Хотят, — легко поправился Рамсей и устремил на меня любопытствующий взгляд.

— Скажем так, Черути замахнулись на то, что им не принадлежит, — ровно ответил я. — И никогда не принадлежало.

— Родовые тайны?

— Да.

Рамсей задумался.

Родовые тайны — очень личная область, если можно так выразиться. Давить и требовать ответы после того, как прозвучала эта фраза, мягко говоря, не принято. Вмешательство в дела рода — это прямой путь к войне.

Разумеется, воевать с родом Рамсей я не стану, и Феликс это понимает. Слишком разные у нас весовые категории. Но испортить отношения, продолжив эту тему, можно легко, а я им зачем-то нужен, судя по всему.

Однако и отступать Рамсей явно не хотел.

— Поймите меня правильно, господин Дамар, — произнес он. — Я ни в коем случае не лезу в дела вашего рода. И спрашивать о ваших тайнах я, конечно же, не стану. Однако мне хотелось бы понимать причину вашего конфликта с Черути.

Я лишь вопросительно приподнял брови.

Праздное любопытство — это и есть, по сути, вмешательство в дела рода. И отрицание вмешательства на словах ничего не изменит, Рамсей в этом конфликте никаким боком не завязаны. Это именно ничем не оправданное любопытство, которое выходит далеко за грань допустимого.

— Так уж сложилось, — продолжил Рамсей, — что Черути испортили мое отношение к себе, когда решили устроить бой на пороге моего банка. А вы, напротив, произвели очень хорошее впечатление, загоняв Амисата на полигоне. Парень теперь жилы рвет на тренировках, его самолюбие очень сильно уязвил тот факт, что его переиграл маг-ровесник с одной-единственной техникой. Мы этого и добивались, но даже в самых смелых мечтах не предполагали столь быстрый результат. Плюс ваше благородство, которое не позволило вам втянуть Амисата в свой бой. Мы в некотором смысле у вас в долгу, господин Дамар. И я хотел бы понимать, что у вас происходит, только для того, чтобы правильно обозначить свою позицию в обществе. Я могу серьезно склонить общественное мнение в вашу пользу и намерен это сделать. В качестве благодарности за Амисата.

Ладно, обосновал, признаю.

По сути, Рамсей попросил меня обозначить, кто прав в конфликте Дамар и Черути. И не для того, чтобы принять сторону правого, а для того, чтобы выставить в выгодном свете меня. Практически любые обстоятельства можно вывернуть в нужную сторону. Главное — знать, что именно выворачивать.

Однако проблемы местонахождения методики это не решает, к сожалению.

— Я полагаю, что конфликт начался с желания клана Черути заполучить одну из наших родовых тайн, — начал я. — После уничтожения моего рода, я вывез свое наследство в надежное место. Там его не достать даже императору. Однако Черути не успокоились, они похитили мою невесту и потребовали эту вещь в качестве выкупа.

Я не соврал ни словом, но исказил подтекст, как мог. Почти уверен, что Рамсей решит, что мое наследство было вывезено из старого поместья в клановом квартале и теперь хранится в новом родовом поместье под магической защитой. Сейчас это самое надежное место, по идее.

Однако по факту хранить что-либо значимое в родовом поместье я пока не мог.

Мои люди все еще, по большей части, простые наемные работники, а не слуги рода. В подземелье сейчас нет закрытых зон. Его можно закрыть от посторонних полностью, есть такая функция у защитной системы.

Только сначала нужно поставить дом, иначе жить моим людям придется под открытым небом.

Как вариант, можно поставить обычную магическую защиту на отдельное помещение, но прямо сейчас у меня и этой возможности нет. Это дорого, долго, да и бессмысленно в моем случае. Будет дом — закрою подземелье защитой поместья. Она куда более надежна, потому что завязана на мою кровь.

Я делал ставку на то, что у Рамсей нет родового поместья на старой защитной линии, а значит, подробностей внутренней конфигурации таких поместий они не знают.

— Какие цепкие ребята, — усмехнулся Рамсей и небрежно поинтересовался: — А эта вещь правда такая ценная?

И второй слой моей дезинформации сработал. Вещью можно назвать и папку с бумагами, но Рамсей явно подумал о каком-то артефакте. Отлично.

— Для меня — да, — кивнул я. — Для Черути, пожалуй, тоже. А для вас, например, не уверен.

И я снова не врал.

Да, методика определения Абсолютов — мощная вещь.

Но мне было легко убедить себя, что она не станет определяющей для рода Рамсей. Хотя бы потому, что в стране и Владык-то единицы, а уж Абсолютов наверняка и того меньше. Даже если все Владыки потенциальные Абсолюты, глобально расклад сил это не изменит.

Допустим, тот же Амисат станет не только Владыкой, но и Абсолютом в итоге, что это даст Рамсей? При их мощи усиление смешное, в общем-то. Да, репутация, статус, уважение к ним чуть-чуть возрастут. Но даже второй Владыка-Абсолют в роду вряд ли усилит их так, чтобы они стали сильнейшим родом в стране.

На моем уровне, на уровне Шичи и Черути, Владыка-Абсолют — ультимативное преимущество.

Но на уровне Рамсей это лишь одна из многих составляющих могущества. Наверняка у них есть средства тихой нейтрализации высокоранговых магов, а такие вещи в мире точно существуют, достаточно вспомнить уничтожение моего рода. И это не говоря уже о прочих возможностях. Надо будет — Рамсей наймут десять, двадцать, тридцать Экспертов, которых обвешают дорогущими артефактами. Запустят десяток-другой ракет с боевых самолетов или подгонят дивизию танков. Никакой Владыка-Абсолют не устоит, если за его спиной нет сравнимой мощи рода.