Глава 1
Мороз расписывал окна царского терема чудными узорами, так что за ними все было бело, как в молоке. Только клубы снежной пыли бились в ставни, только вьюжный вой раздавался вдали, и не было ни одного человека, ни одной нечисти, что хотела бы в такой холод выбраться из своего дома.
— Ты ходить будешь?
Василиса оторвалась от окна: щеку слегка покалывало сотней маленьких льдинок. Баюн, развалившись на бархатной кушетке, лениво махал когтем в такт мелодии, льющейся из музыкальной шкатулки. Как только валАниик заканчивался, котяра вновь тянулся к своей игрушке, заводил ее, и та начинала играть по новой.
— Надоело! — царевна недовольно щелкнула пальцем по шашке, и та, врезавшись в ряды противника, вытолкнула несколько фишек Баюна.
— Теперь играем в Чапаева?
— И это надоело!
Девушка плюхнулась рядом с котом и задумчиво подперла щеку ладонью. Помолчав несколько минут и бросив несколько красноречивых взглядов в сторону музыкальной шкатулки, которая не переставая играла одну и ту же мелодию, Василиса наконец отодвинула ее от Баюна. Погладив недовольно мявкнувшего кота, она задумчиво протянула:
— И почему на полнолетие отец подарил мне тебя?..
— А тебе мало?!
— Нет, серьезно, скажи… Это потому что я младшая?
— Нет, — Баюн деловито завозился, усаживаясь поудобнее и стараясь не смотреть своей хозяйке в глаза. — Это потому что ты пока не нашла свое призвание. Кому как не Премудрой управлять государством? Кому как не Прекрасной искать себе мужа?
— А мне что делать? Тебя развлекать? Я теперь Василиса Презабавная?
— Ты пока просто Василиса.
С ловкостью, необычной для такого упитанного кота, Баюн спрыгнул на пол и потянулся к окну. Немного поскрипев своим когтем по стеклу, он подозвал хозяйку к себе. За стеклом снежные вихри бились друг о друга, слепляясь и разлепляясь, и ничто не могло остановить это буйство зимы.
— Только метель и видно.
— Смотри внимательнее, — мурлыкнул прямо в ухо кот. — Видишь поземку такую? Это от валенок Мороза.
Царевна прищурилась: и вправду, вдоль дорожки поднимались ветровороты, приближаясь к воротам терема.
— И чего ему в Холодном краю не сидится? Для нового года рано, полмесяца еще.
Баюн не ответил и, распушив хвост прямо в лицо хозяйки, снова протопал к своей кушетке.
— Может, узнать, зачем он пожаловал? — задумчиво закусила губу Василиса.
— Иди-иди, только тебя там и не хватало, — махнул кот лапой.
— А может, правда не хватало!
Развернувшись на каблуках, девушка решительно хлопнула дверью и направилась в сторону отцовской приемной. Но с каждым шагом смелости в ней становилось меньше, и дальше идти уже совершенно не хотелось. Наконец она остановилась прямо посреди коридора:
«И зачем иду? Старшая сестра со всем разберется, да и не одна она будет, с батюшкой. А я только время потрачу…»
Но зудевшая внутри мысль не давала покоя, перебивая все сомнения: а вдруг это ее шанс проявить себя? Вдруг именно сейчас выпадет случай узнать свое предназначение? Вдруг она?..
Совсем близко послышались гулкие шаги, а по коже побежали колючие мурашки.
«Мороз идет!» — и не раздумывая царевна юркнула за занавеску, в тайную комнатку близ приемной, где слышалось каждое слово.
Несмотря на то что комната была маленькой и темной, выглядела она очень обжитой: слишком часто ее использовал сам царь, следя за тем, как его старшая дочка перенимает бразды правления. Без окошек, с полом, выложенным персидскими коврами, и одной-единственной лавочкой, над которой виднелись две щелочки, выходившие прямиком в приемную. И никто из посетителей не мог разглядеть их за зрачками парадного портрета деда, Берендея I Объединителя.
Вскарабкавшись на дощатую лавку, Василиса немного повозилась с защелкой и раскрыла окошечко. Оттуда сразу же донесся возмущенный крик Мороза:
— … украли! Прямо из закрытого терема забрали, пока я в лесу порядок наводил! Всех заморожу, и кто виновен, и кто нет, коли не отыщите!
Не успела девушка подумать, что же такого украли у хозяина зимы, как в царской приемной раздался ласковый голос Василисы Премудрой.
— Тише, дедушка Мороз, тише. Будем искать, коли украдена. Да и с чего мысли такие: вдруг прогуляться решила, а известить не сумела?
— Снегурка-то не сумела? У нас с нею вьюжные разговоры, метелица все передает, все ведает. А сейчас… глухо, точно в черной избе.
— Что же ты делать предлагаешь? — подал голос Берендей II Берендеевич.
Глаза Мороза сверкнули злыми льдинками, покрепче сжал посох в руке, да и стукнул по полу так, что из-под него разлетелись голубые искорки, серебряным рисунком застывая под ногами.
— Искать Снегурку надобно, — примирительно заговорила Василиса Премудрая. — Меня Кощей с год лягушачью кожу носить заставил. Быть может, и внучку твою околдовал?