Шрифт:
Я отвёл её в малярную хижину, надеясь расспросить помощника о ходе работ Бландуса. Парня, о котором все говорили, нигде не было видно.
Я увидел больше того, что, должно быть, было его работой. На пустом месте, где кто-то раньше написал «Здесь синий ляпис», эта заметка была нацарапана, а другая рука добавила: «Помпоний слишком злой: синяя фритта!» Возможно, это был помощник. В ведре было смешано немного тёмно-синей краски, несомненно, готовой стереть граффити до того, как её увидит менеджер проекта.
С тех пор, как я был здесь в последний раз, кто-то опробовал новые виды мраморности.
Синие и зелёные краски были размазаны в художественной технике, которую он ещё не совсем освоил, образуя пары симметричных пятен, напоминающих зеркальные узоры расколотых мраморных блоков. К этому хаосу добавились бесконечные квадраты более искусно выполненных тускло-розовых и красных прожилок. Там было панно с пейзажем, потрясающий бирюзовый морской пейзаж с искусно выписанными белыми виллами на берегу, выглядевшими точь-в-точь как Суррентум или Геркуланум. Нет, это, конечно же, Стабии – откуда и привезли этого умника.
Свет словно плясал на волнах. Несколькими уверенными мазками кисти художник создал завораживающую миниатюрную праздничную сцену. Она вызвала во мне тоску по Средиземноморью…
Помощник по фрескам где-то слонялся. Судя по тому, что Иприан говорил о художниках, он мог охотиться за какой-нибудь женщиной. Лучше бы это была не одна из моих.
В соседней хижине я нашел скорбящего мозаичиста Филокла-младшего.
«Мне жаль, что так случилось с твоим отцом».
«Они говорят, что ты его ударил!»
«Несложно». Сын явно был в ярости. «Сохраняйте спокойствие. Он сходил с ума, и его пришлось сдерживать».
Сын, я видел, пошёл в отца. Казалось, лучше не задерживаться. У меня было слишком много дел; сейчас не время наживать себе тлеющего, вынашивающего планы врага. Если Филокл-младший хотел вражды в ySBI,
плесень его покойного отца, ему придется поискать ее в другом месте.*
Я провёл Нукса мимо припаркованных повозок, разыскивая Элиана. Он лежал в повозке со статуей, сегодня не совсем спящий, но с видом скучающего.]
Узнав его, Накс радостно прыгнул на него.
"Фу! Снимите его с меня." -p
«Вы не любитель собак?»
«Половину своего времени я провожу, прячась от сторожевых собак на охраняемой территории».
"Яростный?"
«Людоеды. Они выводят стаю раз в день в поисках человеческой плоти, на которой можно их тренировать».
«Ах, у британских собак потрясающая репутация, Авл».
«Они ужасны. Я ожидал, что они будут выть всю ночь, но их молчание почему-то ещё хуже. Кинологи едва справляются с ними. Они петляют, буквально тащат за собой людей, выискивая кого-нибудь, кто окажется настолько глупым, чтобы попытаться убежать. Очевидно, они убьют любого, кто это сделает. Думаю, кинологи выпускают собак, чтобы потенциальные воры их увидели и были слишком напуганы, чтобы вломиться в дом».
«Значит, ты не пойдешь через забор, чтобы купить новую чашу для фонтана в сад твоего отца?»
«Не шути».
«Хорошо. Я не хочу говорить твоей матери, что нашёл тебя с перерезанным горлом… Хочешь что-нибудь сообщить?»
"Нет."
Тогда я пойду. Продолжайте в том же духе.
«Не могу ли я перестать это делать, Фалько?»
"Нет."
Мы с Нуксом отправились в наши элегантные королевские покои на ужин, оставив Элиана в сыром лесу. Возвращаясь, я размышлял о его брате и о том, когда Юстин успеет сообщить мне о своих делах. Мы с помощниками были слишком разбросаны.
Мне нужен был курьер. Дома я мог бы взять с собой кого-нибудь из своих племянников-подростков, но здесь я не мог никому доверять.
Нукс была корневой верёвкой. Это было лучше. Она узнала, что в Британии есть, по крайней мере, способы набить волосы ветками и окунуть морду в землю. Возможно, сторожевые собаки оставляли заманчивые послания, проходя здесь. Она подолгу останавливалась, зарывшись носом в опавшие листья у обочины нашей тропы, потом ей это надоело, и она, как безумная, бросилась за мной, таща за собой большую ветку и хрипло лая.
«Накс, давай покажем варварам правила поведения на форуме, пожалуйста, не лезь в это!» Слишком поздно. «Плохая собака». Накс, никогда не понимавшая тонкостей выговоров, отчаянно завиляла хвостом.
Зачем я приютил безбашенную дворнягу, обожающую навоз вместо мази, когда другие римляне завели холёных собачек с длинными острыми носами, чтобы они украшали ими каменные доски? Отец у ворот, серьёзный, со свитком, мать степенная и чопорная, младенцы опрятные, рабы почтительные, толстосумы щеголяют, а чистенькие домашние любимцы с обожанием смотрят на них… Мне следовало бы знать лучше. Я мог бы хотя бы позволить себя обглодать собаке с короткой шерстью.