Шрифт:
«…В полдень тенью и миром полны переулки…»
Из Гейне
I
Печаль и боль в моем сердце, Но май в пышноцветном пылу. Стою, прислонившись к каштану, Высоко на старом валу. Внизу городская канава Сквозь сон, голубея, блестит. Мальчишка с удочкой в лодке Плывет и громко свистит. За рвом разбросался уютно Игрушечный пестрый мирок: Сады, человечки и дачи, Быки, и луга, и лесок. Служанки белье расстилают И носятся, как паруса. На мельнице пыль бриллиантов, И дальний напев колеса. Под серою башнею будка Пестреет у старых ворот, Молодчик в красном мундире Шагает взад и вперед. Он ловко играет мушкетом. Блеск стали так солнечно-ал… То честь отдает он, то целит. Ах, если б он в грудь мне попал! 1911 II
За чаем болтали в салоне Они о любви по душе: Мужья в эстетическом тоне. А дамы с нежным туше. «Да будет любовь платонична!» — Изрек скелет в орденах. Супруга его иронично Вздохнула с усмешкою: «Ах!» Рек пастор протяжно и властно: «Любовная страсть, господа, Вредна для здоровья ужасно!» Девица шепнула: «Да?» Графиня роняет уныло: «Любовь – кипящий вулкан…» Затем предлагает мило Барону бисквит и стакан. Голубка, там было местечко — Я был бы твоим vis-a-vis [3] — Какое б ты всем им словечко Сказала о нашей любви! 1910 3
Визави (фр.).
III
В облаках висит луна Колоссальным померанцем. В сером море длинный путь Залит лунным, медным глянцем. Я один… Брожу у волн. Где, белея, пена бьется. Сколько нежных, сладких слов Из воды ко мне несется… О, как долго длится ночь! В сердце тьма, тоска и крики. Нимфы, встаньте из воды, Пойте, вейте танец дикий! Головой приникну к вам, Пусть замрет душа и тело. Зацелуйте в вихре ласк, Так, чтоб сердце онемело! 1911 IV
Этот юноша любезный Сердце радует и взоры: То он устриц мне подносит, То мадеру, то ликеры. В сюртуке и в модных брючках, В модном бантике кисейном, Каждый день приходит утром, Чтоб узнать, здоров ли Гейне? Льстит моей широкой славе, Грациозности и шуткам, По моим делам с восторгом Всюду носится по суткам. Вечерами же в салонах, С вдохновенным выраженьем, Декламирует девицам Гейне дивные творенья. О, как радостно и ценно Обрести юнца такого! В наши дни, ведь, джентльмены Стали редки до смешного. 1911 V
Штиль
Море дремлет… Солнце стрелы С высоты свергает в воду, И корабль в дрожащих искрах Гонит хвост зеленых борозд. У руля на брюхе боцман Спит и всхрапывает тихо. Весь в смоле, у мачты юнга, Скорчась, чинит старый парус. Сквозь запачканные щеки Краска вспыхнула, гримаса Рот свела, и полон скорби Взгляд очей – больших и нежных. Капитан над ним склонился, Рвет и мечет и бушует: «Вор и жулик! Из бочонка Ты стянул, злодей, селедку!» Море дремлет… Из пучины Рыбка-умница всплывает. Греет голову на солнце И хвостом игриво плещет. Но из воздуха, как камень, Чайка падает на рыбку — И с добычей легкой в клюве Вновь в лазурь взмывает чайка. 1911 У Нарвского залива
Силуэты