100 стихотворений о любви
вернуться

Пушкин Александр Сергеевич
Шрифт:

Возможно, весной 1836 года роман Тютчева получил огласку. Его жена Элеонора пыталась покончить с собой, нанеся себе кинжалом несколько ран в грудь, но выжила. Умерла она в 1838 году. Тютчев очень переживал утрату жены и поседел за одну ночь…

«Люблю глаза твои, мой друг…»

Люблю глаза твои, мой друг, С игрой их пламенно-чудесной, Когда их приподымешь вдруг И, словно молнией небесной, Окинешь бегло целый круг… Но есть сильней очарованья: Глаза, потупленные ниц В минуты страстного лобзанья, И сквозь опущенных ресниц Угрюмый, тусклый огнь желанья. 1836

«Не раз ты слышала признанье…»

Не раз ты слышала признанье: «Не стою я любви твоей». Пускай мое она созданье – Но как я беден перед ней… Перед любовию твоею Мне больно вспомнить о себе – Стою, молчу, благоговею И поклоняюся тебе… Когда, порой, так умиленно, С такою верой и мольбой Невольно клонишь ты колено Пред колыбелью дорогой, Где спит она – твое рожденье – Твой безыменный херувим, – Пойми ж и ты мое смиренье Пред сердцем любящим твоим. 1851

«О, как убийственно мы любим…»

О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей! Давно ль, гордясь своей победой, Ты говорил: она моя… Год не прошел – спроси и сведай, Что уцелело от нея? Куда ланит девались розы, Улыбка уст и блеск очей? Все опалили, выжгли слезы Горючей влагою своей. Ты помнишь ли, при вашей встрече, При первой встрече роковой, Ее волшебный взор, и речи, И смех младенчески живой? И что ж теперь? И где все это? И долговечен ли был сон? Увы, как северное лето, Был мимолетным гостем он! Судьбы ужасным приговором Твоя любовь для ней была, И незаслуженным позором На жизнь ее она легла! Жизнь отреченья, жизнь страданья! В ее душевной глубине Ей оставались вспоминанья… Но изменили и оне. И на земле ей дико стало, Очарование ушло… Толпа, нахлынув, в грязь втоптала То, что в душе ее цвело. И что ж от долгого мученья, Как пепл, сберечь ей удалось? Боль, злую боль ожесточенья, Боль без отрады и без слез! О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей!.. 1851

Михаил Лермонтов

(3 октября [15 октября] 1814, Москва – 15 июля [27 июля] 1841, Пятигорск)

В 16 лет подруга Лермонтова – Александра Верещагина – познакомила поэта с Екатериной Сушковой, в которую тот без памяти влюбился. Она с ним кокетничала и в то же время беспощадно издевалась. Однажды даже угостила булочками с начинкой из опилок…

Стансы

Люблю, когда, борясь с душою, Краснеет девица моя: Так перед вихрем и грозою Красна вечерняя заря. Люблю и вздох, что ночью лунной В лесу из уст ее скользит: Звук тихий арфы златострунной Так с хладным ветром говорит. Но слаще встретить средь моленья Ее слезу очам моим: Так, зря спасителя мученья, Невинный плакал херувим. 1830

«Будь со мною, как прежде бывала…»

Будь со мною, как прежде бывала; О, скажи мне хоть слово одно; Чтоб душа в этом слове сыскала, Что хотелось ей слышать давно; Если искра надежды хранится В моем сердце – она оживет; Если может слеза появиться В очах – то она упадет. Есть слова – объяснить не могу я, Отчего у них власть надо мной; Их услышав, опять оживу я, Но от них не воскреснет другой; О, поверь мне, холодное слово Уста оскверняет твои, Как листки у цветка молодого Ядовитое жало змеи! 1831

К ***

Я не унижусь пред тобою; Ни твой привет, ни твой укор Не властны над моей душою. Знай: мы чужие с этих пор. Ты позабыла: я свободы Для заблужденья не отдам; И так пожертвовал я годы Твоей улыбке и глазам, И так я слишком долго видел В тебе надежду юных дней, И целый мир возненавидел, Чтобы тебя любить сильней. Как знать, быть может, те мгновенья, Что протекли у ног твоих, Я отнимал у вдохновенья! А чем ты заменила их? Быть может, мыслею небесной И силой духа убежден, Я дал бы миру дар чудесный, А мне за то бессмертье он? – Зачем так нежно обещала Ты заменить его венец, Зачем ты не была сначала, Какою стала наконец! Я горд! – прости – люби другого, Мечтай любовь найти в другом: – Чего б то ни было земного Я не соделаюсь рабом. К чужим горам, под небо юга Я удалюся, может быть; Но слишком знаем мы друг друга, Чтобы друг друга позабыть. Отныне стану наслаждаться И в страсти стану клясться всем; Со всеми буду я смеяться, А плакать не хочу ни с кем; Начну обманывать безбожно, Чтоб не любить, как я любил – Иль женщин уважать возможно, Когда мне ангел изменил? Я был готов на смерть и муку И целый мир на битву звать, Чтобы твою младую руку – Безумец! – лишний раз пожать! Не знав коварную измену, – Тебе я душу отдавал; Такой души ты знала ль цену? Ты знала – я тебя не знал! – 1832

Любовь мертвеца

Пускай холодною землею Засыпан я, О друг! всегда, везде с тобою Душа моя. Любви безумного томленья, Жилец могил, В стране покоя и забвенья Я не забыл. Без страха в час последней муки Покинув свет, Отрады ждал я от разлуки – Разлуки нет. Я видел прелесть бестелесных И тосковал, Что образ твой в чертах небесных Не узнавал. Что мне сиянье божьей власти И рай святой? Я перенес земные страсти Туда с собой. Ласкаю я мечту родную Везде одну; Желаю, плачу и ревную Как в старину. Коснется ль чуждое дыханье Твоих ланит, Моя душа в немом страданье Вся задрожит. Случится ль, шепчешь, засыпая, Ты о другом, Твои слова текут, пылая, По мне огнем. Ты не должна любить другого, Нет, не должна, Ты мертвецу святыней слова Обручена; Увы, твой страх, твои моленья – К чему оне? Ты знаешь, мира и забвенья Не надо мне! 1841

Афанасий Фет

(23 ноября [5 декабря] 1820, усадьба Новоселки, Мценский уезд, Орловская губерния – 21 ноября [3 декабря] 1892, Москва)

В Херсонской губернии Фет подружился с Еленой и Марией Лазич, отдав свои чувства последней, несмотря на то, что ее рука уже была отдана другому. Возлюбленные часто виделись, при этом не говоря о своих чувствах, просто читали лирические стихи… Вскоре молодой поэт уехал на маневры, а когда вернулся, Марии уже не было в живых. Она погибла при пожаре.