Никто лучше Матвея не владеет гитарой.
Но однажды его способность к импровизации бросит вызов ее умению читать с листа и перевернет привычный мир обоих с ног на голову.
Та, что играла разумом, научится чувствовать музыку сердцем, а тот, чьи аккорды собирали овации под открытым небом, откроет для себя глубину академической игры.
Два чуждых мира столкнутся, чтобы разрушить друг друга или наполнить новым содержанием.
Смогут ли они сыграть дуэтом, или эта история останется лишь воспоминанием о соло на двоих?
В тексте есть: первая любовь, любовный треугольник, от ненависти до любви
Глава 1
— Добрый вечер и добро пожаловать в Паганини.
Швейцар в темно-синей бархатной ливрее с золотым аксельбантом на плече отвесил короткий поклон и распахнул двери. В тот же миг из просторного фойе в теплый майский вечер вырвалась нежная фортепианная прелюдия Шопена.
Илона посмотрела на дочь. На ее лице играло восторженное предвкушение, светлые локоны, уложенные на косой пробор, едва касались полуобнаженных плеч.
Она тронула мужа за руку, и Родион достал из кармана сложенную вчетверо купюру, а Марта крепче сжала маленькую прозрачную скрипку с золотым смычком и надписью “Гран-при конкурса скрипачей имени Михаила Гавриловича Эрденко”.
Финалистов объявили два часа назад, но ни она, ни Илона не сомневалась в том, кто возьмет главный приз, и потому столик в дорогом ресторане забронировали заранее.
Наряды тоже подбирали с особой тщательностью: Марте лимонное платье с тонким поясом на талии и струящимися гипюровыми рукавами, Илоне — бледно-голубое с американской проймой, скроенное по фигуре.
Их посадили за круглый стол на шестерых недалеко от невысокого постамента, на котором стоял белый рояль. Молодой пианист в шелковой рубашке с бордовым галстуком-бабочкой коснулся клавиш пальцами, тут же собрав щедрую порцию аплодисментов.
— Дай, хочу чтобы все видели.
Илона забрала у Марты статуэтку со скрипкой и поставила в центре стола, покрутила немного и оставила шильдиком к залу.
— Диплом тоже? — уточнил Родион, и она закатила глаза.
— Ты издеваешься? Марта, будь добра, пересядь к папе.
Родион с улыбкой на губах подвинул дочери стул, а Илона очень довольная собой и вечером в целом накрыла колени салфеткой. Теперь ничто не мешало награде блистать в центре со вкусом сервированного стола.
— Я горжусь тобой, — сказал отец, целуя Марту в висок.
Аккуратно подстриженная борода с сединой на подбородке и у висков, которая так вкусно пахла морской свежестью, приятно кольнула щеку. Марта потянулась к нему, прижалась лицом к плечу, и мать цокнула языком.
— Мы гордимся тобой, — поправила Илона и подозвала официанта. — Принесите воды с лимоном, комнатной температуры, спасибо.
Она обвела долгим взглядом зал и только потом посмотрела на Марту.
— Региональный уровень пройден, но для первой скрипки этого недостаточно. Я считаю, что расслабляться рано, ведь Всероссийский этап сам себя не отыграет.
— До ужина или после? — уточнил Родион, и Марта рассмеялась.
— Я серьезно, — Илона открыла меню. — Ты хорошо владеешь инструментом, но для Международного конкурса этого недостаточно.
— Речь шла о федеральном уровне, насколько я помню, — отец подмигнул Марте. — Или ты хочешь, чтобы она начала брать награды экстерном?
— Именно этого я и хочу, — не глядя на мужа, ответила Илона.
А Марта опустила глаза на пальцы левой руки. Мозоли на подушечках пожелтели и уплотнились, хотя всего неделю назад на указательном была глубокая болезненная трещина. Она боялась, что травма не позволит отыграть этюд идеально, но мать сказала, что высот достигают лишь те, кто умеет справляться с трудностями не смотря ни на что.
— Дорогая, у нашей дочери целая жизнь впереди, чтобы собрать все награды мира, — Родион взял в руки барную карту. — Сегодня она заслужила отдых.
— Сегодня — да, — Илона отложила меню и посмотрела на дочь. — Но режим останется прежним, и с завтрашнего дня ты вернешься к репетициям.
Появился официант, поставил на стол стакан с водой, в котором плавала половинка лимона, и раскрыл блокнот.
— Вы готовы сделать заказ?
— Лосось с кремом из батата и соусом биск, — Илона перелистнула страницу. — Салат с креветками и грейпфрутом. И бокал белого вина, — она улыбнулась. — Предпочитаю сухое, треббьяно.
— Мне, пожалуйста, филе ягненка с соусом.
Илона тряхнула запястьем, и тонкие золотые браслеты зазвенели в такт ее словам:
— Тебе нельзя красное мясо, — она повернулась к официанту. — Принесите утиную грудку и салат из свежих овощей с терпкой заправкой.
— И коньяк.
Отец откинулся на спинку стула, и, к удивлению Марты, мать не стала спорить.
— А я хочу пирог.
— Может быть, салат? — перебила Илона. — Салат с креветками, как у меня, — и, не дожидаясь ответа Марты, добавила. — Два салата с креветками и апельсиновый сок. Нет, лучше грейпфрутовый. Говорят, он ускоряет обмен веществ.
Марта с безразличным видом отложила меню.
— Локти, — одними губами прошептала Илона, и та вовсе опустила руки на колени.
— Не дуйся, в нашем роду фигуру лучше беречь смолоду. Или ты рискуешь не влезть в выпускное платье.
Марта посмотрела на мать.
— Мы же решили, что я останусь до одиннадцатого?
— Это было до того, как ты взяла гран-при.
Илона сделала глоток. Лимонная долька в стакане перевернулась, уткнувшись в тонкие губы, и закачалась из стороны в сторону.