— Я очень рад, что за какие-то считанные дни нашёл такого прекрасного и воспитанного человека, как Элеонора! — хвастался Герберт, поднимая бокал с вином. — Я человек впечатлительный. Смотрел много фильмов, романтических мелодрам, и всегда считал их тупыми и лживыми. Я считал, что любовь невозможно найти в течении нескольких дней. Однако это случилось, и я счастлив так, как никогда не был. Я буквально витаю в облаках!

Жека внимательно посмотрел на Герберта в надежде, что он угарает и издевается над ними. Однако нет: парень говорил правду — он по уши втюрился в Элеонору, которую Жека пару дней назад трахал у себя в номере.

У самой Элеоноры личико было белое, нежное и светлое, как у ангелочка. Она сидела, стеснительно уставившись в стол, и всем своим видом выдавала очень сильное смущение. На вид ей сейчас старше 18 и не дашь. Этакая робкая девочка-припевочка.

— Кхм… Ну что тут сказать… — Жека поднял бокал с розовым шампанским «Мадам Клико». — Совет да любовь, как говорится…

Хотел ещё что-то сказать, но бдительная строгая Сахариха опять пихнула под столом ногой, предчувствуя Жекину иронию.

— Если будет свадьба, мы вас обязательно оповестим! — заверил Герберт. — Я таких весёлых и современных людей давно не встречал. Наш брат, компьютерщик, обычно зациклен на технике и в весёлые компании играть совсем не умеет. Спасибо вам огромное! Кстати… Я решил оставить вам свой автомобиль. Он, конечно, не первой свежести… Так что прошу простить. Считайте это знаком нашей дружбы. А сейчас давайте потанцуем под чудесный вальс Штрауса…

Герберт совсем расчувствовался и разговорился невпопад. Но Элеонора быстро взяла дело в свои нежные ручки и закружилась с мужчиной в быстром вальсе.

Вечер удался на славу. И это была первая ночь, когда Жека со Светкой остались ночевать в новом доме. Ехать было незачем. Герберт с Элеонорой утром улетали в Америку, в Сан-Франциско. Билеты уже были куплены и вещи собраны. Это был их последний вечер в проданном доме. Когда они уехали, впечатление, конечно, было прекрасным. Вот и есть свой дом! Светка нарадоваться не могла и стала прыгать на здоровенной кровати, когда проснулась, а потом обрушилась рядом с Жекой.

— Надо вещи из гостиницы забрать и сюда перевезти! — заявила она. — Чего откладывать-то? И мне на тренировку надо.

— На тренировку? — с удивлением спросил Жека.

— Я на тхэквондо записалась, — хвасталась Сахариха. — И говорила тебе уже это! Когда ты в России был. По телефону. Ты что, забыл уже???

— Нет! Не забыл! Поехали! — согласился Жека. — Там разберёмся. Да и у меня дела кое-какие есть…

А дело у Жеки было одно — найти этого чёрта Рихарда Гросса и взять с него деньги, которые он украл у Светки. Любишь медок — люби и холодок!

…Пока Светка со знанием дела упаковывала вещи, в основном состоящие из брендовой одежды, Жека вызвонил Клауса и Олега — люди должны быть проверенные. Ехать предстояло в район неблагополучный, в тот самый Заксенхаузен, где когда-то знатно нашумели, пришив банду нациков. Это шумное дело до сих пор оставалось нераскрытым. Полиция списала его на войну противоборствующих нацистских группировок и тихой сапой прикрыла, не желая искать тех, кто замочил бандитов, с которыми сама полиция не могла справиться.

Для дела оделся в любимую кожанку и спортивный костюм с кроссовками. Сахариха, складывающая вещи в сумки и пакеты, каким-то неуловимым женским чутьём определившая, что любимый собирается на опасное дело, подозрительно взглянула на него:

— Ты куда это намылился?

Жека врать не стал. Врать любимой — последнее дело!

— Свет, надо визит вежливости нанести тому гондону, который тебя обнёс, — смущенно сказал Жека. — Сто косарей — приличные деньги. Не бросать же на ветер!

— Иди! — разрешила Сахариха и принялась опять за дело. — Я не знаю, сколько тут пробуду. Потом на тхэквондо поеду.

— Пацанов только возьми, Свет! — Посоветовал Жека. — Одна не ходи!

Дав ценные указания любимой, Жека подпрыгивающей походкой спустился на подземную стоянку гостиницы, где его уже ждал неприметный чёрный «БМВ» с Олегом и Клаусом.

— Ну чё… Погнали! — велел Жека и махнул рукой. — Как в старые добрые времена!

Похоже, эти времена возвращались…

Конечно, со стороны могло бы показаться странным, почему Жека даже сейчас, будучи в серьёзном положении, когда его бригада разрослась до 20 человек, всё ещё на разборки и решение проблем ездил сам. На это был простой ответ — характер. Во-первых, не очень-то доверял людям, считал, что они всё сделают хуже, чем он сам. Или подставятся под пули, неправильно рассчитав операцию, или, напортачив, сдадутся под полицию, где нибудь налажав и оставив улики. Во-вторых, как каждый человек, волокущий одновременно много дел, считал он, что без его участия всё пойдёт прахом и ничего не получится.

Сказывался ещё малый опыт руководства бригадой. Ведь даже ведя дела в России, работал он не один, а со Славяном, в меньшей степени с Митяем, которые были ему равны по статусу. Теперь же он оказался один босс высокого уровня и за всё нёс ответственность сам. Олегу и даже Клаусу и Витьку пока ещё не доверял как себе. Поэтому и Сахариху сперва не хотел допускать к делам, опасаясь, что где-нибудь начудит.

Очевидно, что у Олега и Клауса возник тот же самый вопрос. Для них выглядело странным, что босс, ворочающий миллионами, как конфетами в кармане, переоделся в простецкую одежду, сунул пистолет в карман и поехал сам с ними на дело.