— Не боишься сократить себе срок жизни? Вроде же известная страшилка.

— Я естествоиспытатель! И если пока все мои эксперименты говорят о том, что жизненная энергия после подобных опытов уменьшается в количестве, близком к незначительному, вроде пореза пальца, и в целом этим можно пренебречь — значит, так оно, скорее всего, и есть. Отец мои выкладки не подтверждает, но и не опровергает. И да, сам, кстати, тоже предпочитает обходиться без заморочек с жертвами, что косвенно, опять же, подтверждает мою правоту!

Так, болтая о всяком разном, мы дошли до моей общаги.

«Папаша, — вдруг дал знать о себе Филин. — Не понимаю я что-то. Вроде и ровненько, а неправильно».

«Расшифруй!» — потребовал я, немедленно напрягшись.

«Показалось, будто Ноября почувствовал. Совсем рядом. Но только ринулся в ту сторону, как ощущение пропало. Но я тебе клянусь: вот не мог я ошибиться!»

«Метнись по окрестностям, малой, глянь, кто тут поблизости ошивается».

«Будет сделано, папаша!»

Делая вид, будто беседа на свежем воздухе меня пока устраивает больше, чем посиделки в моей комнате, я задал Эрасту вопрос, как он отнесся к отцу, когда впервые его увидел.

— Как? Да перепугался, если честно. Вошел в комнату огромный дядька, подхватил меня подмышки и чуть ли не к потолку вскинул. Да я просто чудом каким-то себе штанцы в тот момент не испортил, вот до сих пор радуюсь, что сберег меня Всесоздатель от такого позора. А когда он чуть позже сказал, что я его сын, я едва сознания не лишился. Решил почему-то, что он меня непременно от матери заберет. Ей, конечно, это приятно было. Тут же принялась на отца наезжать, что он ничего в детях не понимает, и наше последующее общение будет происходить только под ее плотным контролем. Ему деваться было некуда, пришлось пообещать. Он после этого долго меня приручал, чтоб я его не боялся и доверял ему, как себе. Ну что ты хочешь? Князь тогда еще сам молодой был. Моложе даже, чем я сейчас. Откуда ему было такие тонкости знать? Я ведь у него первенец, хоть и внебрачный.

— Добрая история, — вздохнул я с улыбкой. — Ну что, идем пить безалкогольный коктейль?

— Я уже весь изнываю в догадках, на что он может быть похож! — заявил Миндель.

— Ты узнаешь всё буквально через пару-тройку минут! — пообещал я, получив от Филина неуверенное сообщение, что, кажется, возле здания моей общаги никого нет.

Странно. Ментальный конструкт обычно грешил обратным. Предельная категоричность в суждениях. А тут внезапно «то ли да, то ли нет, но, скорее, всё же нет».

Подспудно ожидая нападения в любую минуту, я тем не менее благополучно достиг крыльца и дверей в компании Эраста. Коменданта на посту не обнаружилось: Евстигней предпочитал ложиться пораньше, о чем отдельно меня предупредил. Мы поднялись по лестнице на второй этаж, я зажег свет в комнате, отдельно порадовавшись, что не пожалел усилий, когда ее отдраивал. Теперь, по крайней мере, перед гостями точно не было стыдно.

— Уютно, но безлико, — резюмировал Миндель, окинув взглядом убранство. — Сразу видно, что ты еще не до конца обжился. Прямо советую тебе сделать несколько снимков на память, а потом сравнить с тем, что будет здесь хотя бы к концу первого семестра.

— Отличная идея! — одобрил я и достал дальфон, сделав с десяток снимков с разных ракурсов.

— Ну, доставай свой обещанный коктейль, пока я тут слюной не захлебнулся!

Я добыл из холодильника трехлитровую банку. Слегка чертыхнулся, потому что увидел, что коктейль успел разойтись по слоям. Пришлось сначала как следует потрясти всю конструкцию, и только потом разливать по стаканам.

— Полная нирвана! — констатировал Эраст, пригубив напиток. — В целом я не настолько фито-няша, как ты, но это… Попроси Сашку в следующий раз добавить отвар из крапивы, тебе понравится.

Я проглотил рвущиеся наружу вопросы, вроде того, а откуда ты знаешь бармена Александра? Это я здесь без пяти минут обиталец, а Миндель давно уже старожил.

Но идея с крапивным отваром меня, признаться, захватила. Эх, надо бы придумать вариант заработка во время учебы, а то, боюсь, спущу все мое наследство на его напитки. И добро хотя бы алкогольными были, так я ведь и тут умудрился: на чистые соки, считай, подсел!

Мы еще с часок потрепались о всяком разном. Эраст даже уговорил меня показать свои первые робкие успехи в воздушной магии, и я гордо потрепыхал шторы.

— А что, для столичного филиала это, конечно, и впрямь ни о чем, а вот для любого провинциального ты считался бы неплохим пополнением, — не стремясь щадить мои чувства, констатировал Миндель. — Просто продолжай заниматься. Раз говоришь, у тебя там прямо подтвержденный дар в наличии, он непременно откликнется, как только вы друг друга научитесь слышать.

— Дети обычно этим в дошкольном возрасте занимаются, — решил я слегка поныть.

— А ты слишком стар для подобного дерьма, ага-ага. Зато точно знаешь, что не стоит совать пальцы в розетку и высмеивать не слишком умного препода перед его коллегами. А значит, все зависит от тебя. Занимайся, занимайся и еще раз занимайся. Была у меня одна воздушница…