– Думаю, да.

– Пообещай, что ты будешь уважать мои решения, пока я привыкаю к жизни здесь. Никаких наездов и выкрутасов в стиле Хозяина Горы.

Он замер надо мной, немного отстранился, чтобы заглянуть мне в лицо:

– Ты теперь на Востоке.

– Да.

Он усмехнулся:

– А это значит, что я – твой Хозяин Горы.

– Тогда, может, мне стоит переехать на Юг?

– Если бы все для тебя было так просто. – Он облизнул губы. – Но нет. Стоит тебе подумать о Юге, и на следующий день Юга не станет.

Я вздрогнула:

– Никакого давления. Никаких выкрутасов Хозяина Горы.

– А если мы окажемся в постели?

– Ну… – Я улыбнулась. – Это уже совсем другое дело.

В его взгляде появилась мягкость, будто он наконец понял:

– Обещаю относиться к тебе с уважением. Без давления.

По телу разлилось облегчение, теплое, как вода в ванне. Я закрыла глаза, когда он поцеловал меня с такой страстью, что пальцы на ногах сжались, сердце вспыхнуло, а из головы разом испарились все сомнения.

Его губы – горячие, настойчивые, сводили с ума.

А прикосновения были и нежными… и безумными.

И вскоре, не отрывая от меня взгляда, он снова вогнал в меня свой член, растягивая мою киску, заставляя чувствовать его до последнего миллиметра.

Присваивая меня.

По спине прошла сладкая дрожь.

Ритм наших тел, сливающихся в движении, стал песней – той, что навсегда застрянет в памяти, словно заклятие.

И все же… Я задавалась вопросом, даже в тот момент, когда мы вместе срывались в громкий, разрывающий оргазм, полный стонов и хрипов...

Было ли у меня сердце Лэя по-настоящему? И… переживу ли я Восток?

Любовь на первой полосе

Лэй

На следующее утро я проснулся от непрекращающегося жужжания моего телефона.

Да заткнись ты уже, нахуй.

Он затих.

Слава богу.

И тут снова началось жужжание.

Я раздраженно застонал. Мы с Моник сплели вокруг себя кокон из тепла, близости и уязвимости, и мысль о том, чтобы покинуть это укрытие, казалась совершенно невозможной.

Телефон снова замолчал. И тут же начал вибрировать снова. И снова. И снова.

Да блядь, ну сколько можно!

Я уже знал, что это значит.

Долг, грядущая схватка с отцом и пир – все это было цепями, что удерживали меня в этом гребаном мире вне моей спальни.

К тому же, вчера у меня был выходной, и я знал, что все набросятся, чтобы вытащить меня из этой тихой, почти сказочной реальности, где Моник голая и уютно устроившаяся в моих объятиях.

Может, к черту все? Просто сбежать с ней из Парадайз-Сити?

Телефон продолжал вибрировать.

Тот, кто названивал, явно не собирался сдаваться.

Решив наконец заставить это дерьмо замолчать, я протянул руку и схватил его с тумбочки. Холодный экран резко контрастировал с теплой кожей Моник.

Я приоткрыл глаза, поднес телефон поближе и прищурился, чтобы разглядеть, кто звонит.

Чен.

Как обычно, его чувство тайминга было безупречно в своей неуместности.

Вот бы хоть раз ты забил на свои обязанности.

Я аккуратно выбрался из постели, стараясь не разбудить Моник, и на цыпочках пересек комнату, чтобы ответить.

Поднес телефон к уху. Голос хрипел от сна:

– Чего тебе?

– Я дал тебе поспать.

– По-моему, не особо.

– Через три дня ты сразишься с дядей Лео…

– Я в курсе…

– Мы не можем позволить себе задержки.

– Мне просто нужен еще час сна…

– Одевайся, Хозяин Горы.

Черт.

Я попытался стряхнуть с себя остатки сна.

– Я буду на Горе Утопии после обеда.

– Не придется. Мы упростили тебе задачу. Сейчас стоим у твоей двери.

Блядь.

Я даже не пытался скрыть злость в голосе:

– Дай мне десять минут.