Я не удержался и купил попробовать, как себе, так и всем остальным. Самый обычный молочный шоколад, без откровений. Но внутри желтого пластмассового контейнера, заключенного в сладкую оболочку, обнаружилась игрушка — маленькая пластиковая обезьянка, мгновенно присвоенная Тикой.

— Какая милота! — воскликнула сестренка, — Я хочу полную коллекцию!

Десять яиц спустя у нашей группы была дюжина пластиковых следов минамигона, два миниатюрных игрушечных бинокля и больше ни одной обезьянки. Ну хоть сладкого поели — это важно и поднимает настроение.

Ночевали в свободных домиках на той же туристической базе. Телевизионщики арендовали ее целиком и на долгий срок.

Утром воскресенья стартовал второй день съёмок — в пещере, где был обнаружен клад. Отправились туда пешком, и хоть путь до точки не такой и близкий, от одной лишь мысли о том, чтобы сократить его при помощи квадроцикла, у меня заныл, казалось бы, давно рассосавшийся шрам на ноге. Нет-нет, ни Мияби, ни доверенных мне родителями подростков я на жуткое родео смерти не отправлю.

— Покажете нам подробнее, где и как вы нашли золото? — спросил интервьюер.

Всё согласно сценарию. Да, это фильм о минамигоне, но если говорить именно о нём — быстро станет очевидно, что никакого криптида не существует, а потому надо ходить вокруг да около, показывать, что главные слова вот-вот прозвучат, но не произносить их. По крайней мере, я именно так задумку телевизионщиков понял. И, пожалуй, если бы вдруг появились неопровержимые доказательства существования большой пещерной обезьяны, ничего бы не изменилось. Недосказанность — вот то, что удерживает зрителей у экранов. Раскрытые же тайны создают мимолетные сенсации и забываются, больше никому не интересные.

Прогулка до памятных мест получилась приятной. Не понимаю, какие мистические особенности организма работают, но горы как будто наполняют меня силами, подталкивая на свершения. К пещере, еще прошлой осенью хорошо скрытой, вела широкая утоптанная тропа. От некогда непролазной бамбуковой рощи не осталось и следа. Вот они, антропогенные факторы изменения окружающей среды.

До пещеры нас сопровождала почти вся съемочная группа, нагруженная камерами, аккумуляторными прожекторами, микрофонами на длинных палках и всем подобным. Подростки всю дорогу донимали операторов, выпытывая профессиональные секреты.

И стоило им выставить свет, как я сильно рассердился. На стене пещеры красовалась надпись, сделанная аэрозольным баллончиком «Billy + Jenny = LOVE». Ниже другая, оставленная всего лишь мелом — три литеры, Экс, Вай и отзеркаленная N. И это уже не говоря про «Fuck», «Shit» и прочие грубые слова. Для этих гайдзинов нет ничего святого!

— Вы искали пещерного человека? Взгляните на все эти автографы! — с заметным раздражением бросил я. Ну что за люди такие? Пришли в общественное место и всё обгадили. Ни одной надписи на японском, к слову, нет. Может, мне отомстить? Поехать куда-нибудь в Нью-Йорк и оставить надпись на Эмпайр Стейт Билдинг «Хидео-сан был здесь»? Боюсь, она останется незамеченной среди сотен других граффити.

— Господин режиссер, у меня идея для эпизода вашего фильма. Японские подростки убирают следы вандализма, оставленные иностранцами. А в процессе рассказывают о золоте, туристическом походе и минамигоне. Как вам такое?

— Неплохо! Так и поступим! Накамура-кун, добудь ветошь и растворитель! Операторы, не спите, снимаем весь подготовительный процесс.

Последнему совету последовала еще и Ринне, начавшая съемку происходящего на телефон.

— Смотрите, эти придурки еще и машину разукрасили! — воскликнула Камицуки-тян, обойдя по кругу ржавый старинный автомобиль, так и брошенный в пещере. — Ой! Вау! А это что тут? Скорее все сюда, посмотрите, что там внутри! Я подсветила телефоном и увидела!

— Какая-то железка. Кусок сиденья? — с сомнением высказался представитель съемочной команды.

— Да нет же! Дядь, это пистолет! Реальное старинное оружие! Ниида-сан, посмотрите вы! Тика, Ринне, Синдзи! Глядите!

— Совсем не похоже на пистолет, — с сомнением сказал я, глядя в мешанину пружин, оставшуюся от заднего сиденья старинного авто, хотя на самом деле отчетливо видел — это то самое оружие, умело спрятанное Акирой с расчетом, чтобы его обязательно нашли.

— А мне кажется, что похоже, — без большой уверенности сказала Мияби, — но тут же куча полиции была. Как они его проглядели?

— Да нет же, это точно он. Маузер К96! Оператор-сан, скорее снимите поближе! — пылала от энтузиазма Камицуки.

— Наверное, полицейские не стали копаться в сгнивших остатках машины после того, как выгрузили золото, — предположил Синдзи-кун.

— Офигеть! Это прямо сенсация! — в тон остальным радовалась Тика.

Ох, какой переполох поднялся. Весь свет был направлен в салон. При помощи зума камеры пистолет опознали. Режиссер немедленно вызвал полицию и тема минамигона как-то непроизвольно ушла в тень. Кому вообще интересен этот монстр, когда тут раритетный пистолет обнаружен?