Глава первая
Джулиана
— Любые другие пожелания, mi corazon? (мое сердце)
Эрик делает шаг ко мне после своего нарочито саркастичного вопроса, рукав его шерстяного пальто касается моего, пока мы стоим на крыльце дома, где я выросла. Этот едва заметный контакт напоминает: нам придется держаться друг за друга, иначе эти выходные пойдут насмарку. Наш реальный статус сейчас роли не играет.
Я поворачиваюсь и смотрю на своего бывшего жениха, отмечая его четкие черты, темную кожу, выражение «не верю, что иду на это». Он безумно привлекательный мужчина и по-настоящему добрый, заботливый человек — идеальное сочетание, которое делает нашу затею мучительно сложной, учитывая наши обстоятельства. Но я все равно постараюсь.
— Да, еще кое-что, мое сердце, — говорю я, повторяя его фальшивую нежность и прищуриваясь, чтобы он понял, что лучше слушать внимательно. — Умерь свой тон. Если мы хотим убедить всех, что мы по-прежнему счастливо помолвлены, тебе нужно стереть с лица кислую мину.
Я пожимаю плечами и взмахиваю пальцами, будто играю на сцене.
— Добавь обожания, восхищения. Больше «эта женщина держит меня в кулаке». Меньше «я бы ее придушил, будь возможность». Иначе моя семья нам не поверит.
Он закатывает глаза и натягивает фальшивую улыбку.
— Так лучше?
Ну что ж, отличное начало. И знаешь что? У меня просто не хватит сил пройти через весь этот спектакль одной. Особенно когда голова шепчет, что мы с Эриком друг другу не подходим, а сердце мечтает забыть обо всем и отдаться ему на серебряном блюде. Черт. Я и представить не могла, что будет так тяжело, и теперь сомневаюсь в своей недальновидной задумке.
С раздраженным вздохом я разворачиваюсь, почти бегу по ступенькам и едва не скольжу на ледяной корке у тротуара.
— Забудь. Это была ужасная идея, — бросаю я через плечо, отмахиваясь. — Скажу, что кто-то из нас заболел, и мы не сможем прийти.
— Джулиана, подожди.
Когда я достигаю машины, Эрик догоняет меня, хватает за руку и останавливает.
— Что? — я резко оборачиваюсь, откидывая конец шарфа, который уже пытался ударить меня по лицу. — Ты явно не хочешь здесь быть. И это нормально. Ты имеешь право на свои чувства. Я скажу им на следующей неделе. Мы и так разберемся, кому останется квартира.
У нас нет четких прав на нашу квартиру на Верхнем Вест-Сайде в Манхэттене, поэтому я предложила уступить ее в обмен на то, что Эрик притворится моим женихом на эти выходные. Я же не собираюсь вот так просто отдать ему эту квартиру. Во-первых, дом с регулируемой арендой. Во-вторых, формально он меня бросил. Хотя… возможно, я сама подтолкнула его к этому. Но я имела полное право злиться… или страдать… или быть разбитой. Вместо этого я задвинула все эмоции в дальний ящик и моментально включила режим спасения ситуации.
Как не испортить семье праздник? Как не ранить маму, которая только недавно оправилась после вспышки волчанки, лишившей ее сил на многие месяцы? Я хотела просто пережить праздники и рассказать им все после нового года. Но я не продумала последствия: эти выходные, притворяясь невестой Эрика, сведут меня с ума.
Я бы выдержала. Ради семьи. Но если Эрик не собирается выполнять свою часть сделки, нет смысла в этом маскараде. Моя семья сразу почувствует напряжение, начнет расспрашивать, вмешиваться. И мы все испортим. А я вовсе не это планировала.
— Нет, ты права, — говорит Эрик, качая головой. — Я согласился. И я сделаю это.
Он морщится, потом облизывает пухлые губы — мерзавец.
— Мне просто нужно войти в нужный настрой.
Я изучаю его, пальцем пригрозив:
— Только не вздумай разреветься.
У него поднимаются брови.
— Когда ты вообще видела, чтобы я плакал?
— Когда-нибудь все бывает в первый раз, — говорю я и сжимаю кулаки, пытаясь изобразить угрозу. Неудачно.
Эрик смеется.
— И дуться мне тоже нельзя, да?
— Схватываешь быстро, — говорю я, уже не скрывая улыбки.
Правда в том, что Эрик замечательный. Но спустя два с половиной года пора признать: замечательный мужчина — еще не тот, кто тебе подходит. Мы оба упрямые, оба со своим характером. Эрик считает, что я тружусь до изнеможения и не ставлю наши отношения на первое место. Я считаю, что он мог бы больше меня поддерживать, пока я строю карьеру. И к тому же он постоянно стремится сразиться за меня с каждым новым драконом. На словах это трогательно. На деле — я сама справляюсь с собственными драконами. Мне не нужен рыцарь, который мчится спасать меня.