— Клянусь подчиняться приказам и защищать земли империи от любой угрозы, внешней и внутренней.

— Клянусь!

— Клянусь сложить голову, но не отступить с вверенного поста.

— Клянусь!

Не было упоминаний ни имперского герба, ни самого императора. Это, похоже, оставаляли для официальной клятвы. Сейчас был только долг перед орденом. Только война.

— Ещё раз повторю: все церемонии откладываются, — холодно констатировал Борислав, когда последнее эхо клятвы растаяло в воздухе. — Волки и Медведи выдадут вам задания прямо на месте. Те, кто его не получит, ждите. Главное — дисциплина и порядок. Кто побежит…

Борислав сделал многозначительную паузу, осматривая ряды ратников холодным взглядом.

— … лично зарублю как дезертира. Разойдись!

Люди в строю не сразу двинулись с места, но вокруг раздались голоса Волков и Медведей, и новоиспечённые Вороны задвигались управляемым потоком.

Я подметил ещё кое-что: клятва, данная сейчас Бориславу и ордену, никак не отразилась в ауре. Это означало, что она не имела никакой связывающей силы. Что-то подсказывало мне, что с императором всё было бы совсем по-другому.

Ко мне тут же подошел Иван. Его лицо было багровым от напряжения.

— Командир, что тут вообще происходит?

Я не успел ответить. К нам пробивалась Ярослава, и я отодвинул пару Воронов и притянул рыжую к нам.

— Спасибо, — выдохнула она. — Где Громов и остальные?

— Позже, — отрезал я, оглядываясь по сторонам.

В этот момент к нашему строю подошёл один из инструкторов-Волков, коренастый, с ирокезом чёрных волос. Он бегло окинул нас взглядом и остановился на мне.

— Есть боевая задача, — обратился он ко мне.

— Слушаю, — ответил я и шагнул вперёд.

И тут из-за спин двух дюжих Воронов вынырнул бледный как полотно Соловьёв. Его дорогой камзол был порван у плеча, а распущенные волосы превратились в птичье гнездо.

— Чёрт бы побрал эту чёртову толпу! — выдохнул он, потирая локоть. — Меня чуть не растоптали! Слышали, говорят, война началась…

Соловьёв не обращал внимания на инструктора-Волка и выплёскивал своё недовольство.

— Кхм-кхм, — кашлянул Иван и многозначительно закивал головой на инструктора.

Соловьёв совершенно невозмутимо поправил камзол, но говорить перестал.

— Ваш? — спросил инструктор.

— Наш, — вздохнул я.

Волк развернулся и, даже не проверяя, идём ли мы за ним, зашагал прочь от площади и вглубь цитадели. Мы пошли за ним, протискиваясь между группами ратников. Соловьёв вновь забормотал что-то себе под нос, но тоже поспешил следом.

Инструктор вывел нас к огромному каменному зданию с железной крышей на задворках цитадели. Судя по расположению, это был склад. Таких зданий было несколько, и здесь, в отличие от площади, царила своя атмосфера.

Стоял оглушительный гул голосов, лязг железа, скрип телег и ругань на чём свет стоит. Пахло дёгтем, кожей и потом. Наш инструктор, не останавливаясь, пробился к крепкому мужику в замасленном фартуке, с лицом и руками, покрытыми шрамами и ожогами.

Это был мастер Кузьма, и он орал на двух Подмастерьев, пытавшихся погрузить на телегу ящик с луками.

— Куда вы, косорукие, ставите?! Не видите, что ли, что поперёк надо!

— Мастер Кузьма! — рявкнул инструктор. — Тебе подкрепление. Знакомь с задачей.

Мастер Кузьма посмотрел на нас четверых и сразу узнал меня. Инструктор-Волк, передав нас, тут же зашагал обратно к главной площади цитадели.

— Чего стоим? — голос мастера Кузьмы был хриплым от постоянного крика. — Вон те телеги — ваши!

Он ткнул пальцем в сторону нескольких телег и груды снаряжения.

— Проверить всё по спискам. Проклятые писари всё нахрен перепутали, провизию с оружием зачем-то смешали. А этому обозу через пару часов выступать к передовой заставе!

Мастер Кузьма сунул мне в руки свиток.

— Чего стоим? Работаем!

Я обернулся к отряду. Иван с интересом взирал на груду ящиков и тюков. Ярослава оценивающе изучала ближайшую телегу. А Соловьёв смотрел на меня с видом абсолютного безразличия и скуки.

— Ладно, — сказал я, перекрывая складской грохот. — Ярослава, Иван, берите на себя телеги справа. Проверьте оружие и амуницию. Всё сверяйте со списком.

Я сунул им свиток в руки.

— Соловьёв, со мной. Глянем на провизию.

— Тим, — абсолютно серьёзно произнёс Соловьёв, — ну мы же не кухарки…