Сонеты 65, 58, 59 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

 Сонет 58 — один из 154-х сонетов, написанных английским драматургом и поэтом Уильямом Шекспиром. Он входит в последовательность сонетов «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth» (1—126), представляя собой синтаксическое и тематическое продолжение сонета 57, и входит в группу сонетов 56—59. По сути, речь шла об периоде восстановления дружбы после длительной разлуки поэта с юношей. В малой подгруппе сонетов 57—58, повествующий поэт наконец то предъявил адресату сонетов свои претензии, касательно своего участия в его «разгульном досуге», что стало служить основной причиной возникновения разрыва отношений, и как следствие «period of estrangement», «периода отчуждённости» в их многолетней дружбе. Повествующий поэт в сонете 58 сетует на явное манипулирование юношей его личным временем. В связи с тем, что он вовлекал поэта и драматурга в различного рода любовные похождения в качестве сопровождающего, великолепно владеющего шпагой. Таким образом, подтверждая факт полного подчинения указаниям «молодого человека» из-за собственного безволия. Рассуждая об назначении группы сонетов 56—59, как определявшей хронологическое время после одного из нескольких «periods of estrangement», «периодов отчуждённости», есть резон сопоставить с сонетами двух предыдущих «периодов отчуждённости» в отношениях поэта и юноши, происходивших несколько раньше. К примеру, критик Николаус Делиус (Nicolaus Delius) обратил внимание на тематические и стилистические параллели с последней сценой пьесы Уильяма Шекспира «Два джентльмена из Вероны», «The Two Gentlemen of Verona». Между тем,  он подтвердил, что Джордж Стивенс (George Steevens) и Эдвард Дауден (Edward Dowden) были первыми, сгруппировавшими и обозначившими сонеты 33—36, как «сонеты отчуждения», но следом они обнаружили параллели в следующей группе, состоящей из сонетов 40, 41 и 42, которые, вполне вероятно, могли таким образом указывать на некую схожесть тематики. (Dowden, Edward. «Shakespeare's Sonnets». London. 1881). («Shakespeare, William. Sonnets, from the quarto of 1609, with variorum readings and commentary». Ed. Raymond MacDonald Alden. Boston: Houghton Mifflin, 1916).  

Сонеты 65, 58, 59 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда

Свами Ранинанда

****************

Poster 2025 © Swami Runinanda: «William Shakespeare Sonnets 65, 58, 59»

William Shakespeare Sonnet 65: «Since brass, nor stone, nor earth, nor boundless sea»

William Shakespeare Sonnet 58: «That God forbid, that made me first your slave»

William Shakespeare Sonnet 59: «If there be nothing new, but that which is»

Poster 2025 © Portrait of Robert Dudley, 1st Earl of Leicester 1609 | Haags Historisch Museum, Amsterdam

Cover book 2025 © Achilles & Patroklos from Iliad, Archaic Period (ca. 500 B.C.) | Altes Museum, Berlin

______________________

«I deliberately prefer the dramatic, mythological way of thinking and expression, because it is not only more expressive but also more exact than scientific terminology, which feeds the illusion that its theoretical formulations may one day be reduced to algebraic equations».

«Я намеренно отдаю предпочтение драматическому, мифологическому способу мышления в выражении экспрессивного начала, потому что он не только значительно многозначителен, но и наиболее точный, чем научная терминология, какая всегда подпитывалась иллюзией того, что её теоретические формулировки в один прекрасный день могут оказаться приведёнными к виде обыкновенных алгебраических уравнений».

– Карл Густав Юнг, «Психология и Алхимия», 1944 («Psychology and Alchemy», The Collected Works of C.G. Jung, Vol. 12).

Прежде, чем приступить к переводам и анализу сонетов 58—59 из группы сонетов 56—59 группу сонетов 56—59, «пост периода отчуждённости», «post period of estrangement», хочу подчеркнуть, что сонет 56 своим контекстом знаменует начало возобновления отношений поэта и юноши после «period of estrangement», «периода отчуждённости», а сонеты 57—58 подробно описывали основную причину «period of estrangement», «период отчуждённости». Тем не менее, тогда мне пришла мысль об сопоставлении сонетов 58—59, где юноша использовал поэта для сопровождения в своих похождениях, на контрасте связав их с сонетом 65, таким образом, — создавать «антитезу» между ними в этом эссе.

Впрочем, стоит отметить, что поэт и драматург в сонете 65 с помощью намёка всё-таки указал способ для успешной борьбы с неумолимым и быстротечным Временем, назвав его в строке 13 «this miracle have might», «такое чудо, обладающее могуществом» для возведения «поэтического сакрариума» красоте и способностям юного друга. Между тем, для последующего исследования шекспировского символизма от меня требовалось определиться с основным назначением обобщающего образа «flower», «цветка» в содержании сонета 65, в качестве «производной» от ключевого литературного образа, взятого автором из древнегреческого мифа. Согласно сюжету древнегреческого мифа, литературный образ «flower», «цветка» служил в качестве основного атрибута Хорай, где нашли своё место поэтические образы персонифицированных «seasons», «сезонов года»; «hovers», «парящих» Хорай (Horai, Horae), 4-х юных сестёр, дочерей Зевса и Фемиды, взятых Уильямом Шекспиром из древнегреческой мифологии.

— Confer!

________________

________________

Original text by William Shakespeare Sonnet 65, 3—4

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

«How with this rage shall beauty hold a plea

Whose action is no stronger than a flower?» (65, 3-4).

William Shakespeare Sonnet 65, 3—4.

«Как с таким неистовством могла красоту удерживать мольба (моя)

Чьё воздействие не сильнее, нежели цветка? (увы)» (65, 3-4).

Уильям Шекспир, Сонет 65, 1—4.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 24.08.2024).

Исследуя природу происхождения «шекспировского» образа «flower», «цветка» строк 3-4 сонета 65, где, согласно сюжету древнегреческого мифа, Хораи охраняли врата Олимпа и способствовали плодородию Земли, а также объединяли звезды и созвездия на ночном небе в положении привычном для человеческого взора. Следуя сюжету мифа, динамика смены персонифицированных «seasons», «сезонов года»; 4-х юных золотоволосых сестёр, «hovers» «парящих» Хорай, заключалась в чередовании, описанном, как ритуальный танец юных Хорай по кругу. К всему прочему, им были приписаны мистические способности, во главенстве которых оговаривалось, что они «…отвечали за установление внешних и внутренних характеристик главных атрибутов Хорай: разносезонных цветов, ягод и плодов, таких, как цветовая гамма, формы цветов, их аромат и оттенки благоухания, а также продолжительность сохранения их свежести». Например, в «Трудах и днях» Гесиода (Hesiod) «Works and Days» светловолосая Хорай вместе с Харитой и Петой венчали Пандору — обладательницу «всех даров» гирляндами цветов. (Hesiod: «Works and Days» pp. 74—75).

Совокупность исследуемого материала, предоставила мне полноценный ответ на вопрос, — почему Уильям Шекспир в риторическом вопросе строк 3-4 сонета 65 использовал в сравнительной аллегории образа «flower», «цветка», как основного атрибута 4-х юных сестёр Хорай (Horai, Horae), дочерей Зевса и Фемиды? Шекспир, как автор сонетов использовал исследуемые образы из мифа, в качестве «мифологической составляющей», применяя их сонетах: 5, 18, 35, 54, 65, 109 и 130. Это факт наводил на мысль, что «шекспировский» образ «rose», «розы» в сюжетной линии 154-х сонетов имел прямую связь с поэтическими образами персонифицированных «seasons», «сезонов года»; «hovers», «парящих» Хорай (Horai, Horae). Вне всякого сомнения, этот факт предоставлял разумное объяснение причины возникновения слов-символов, выделенных с заглавной буквы или курсивом в рабочем тексте оригинала Quarto 1609 года.