ПРОЛОГ
“Когдатвой разум в основном погружен в темноту, трудно не думать в тени”.
—Чарли Хаслер
«Выходи, выходи, олененок. Я обещаю, что не причиню тебе вреда».
Ужас пронзил меня, мой разум превратился в жуткое пятно отвратительных образов. Кровь бурлила в моих венах, когда я мчалась прочь, не обращая внимания на крики мужчины. Направляясь по переулку, я молилась, чтобы в конце кто-нибудь, хоть кто-нибудь, помог мне.
Я чувствовала, что он стоит у меня за спиной, притаившись. Ждет. Полон решимости разбить мою душу.
Никто не мог этого сделать. Никто.
Было так много того, ради чего стоило жить, так много причин, чтобы выжить.
Даже если бы никто не пришел мне на помощь.
Я услышала его мрачный, злой смех вдалеке, на мгновение сбитая с толку приливом адреналина. Мои ноги отяжелели, но я продолжала двигаться, не обращая внимания на дождь, который хлестал по моему телу и лицу. Я была близка, так близко к свободе. Ничто не могло меня остановить.
Но, как и во многих аспектах моей жизни, ничто не должно было быть легким.
Внезапный ослепительный свет окутал темноту, разгоняя тени. Но на его место пришла другая волна чистого ужаса, когда монстр обхватил меня рукой за горло, прижимая к своему твердому телу. И в тошнотворном потоке замедленной съемки резкий свет скользнул по ножу.
Не было никаких сомнений, что я умру сегодня.
ГЛАВА 1
Александр
«Клянусь Богом, из-за тебя меня лишат лицензии», — огрызнулся я, широкими шагами шагая рядом с Вадимом. Несмотря на то, что он был моим лучшим другом и человеком, который хорошо платил мне за консультации, меня также постоянно раздражала его растущая потребность вовлекать меня в свою недобросовестную деятельность.
Не то чтобы я не переступил несколько границ за свою жизнь. Я не был хорошим парнем. Я был безжалостным дикарем, который пировал на страхах других. Но я никогда не относился к убийству легкомысленно. Как юрист, я дал клятву следовать букве закона.
Однако, как избранный советник самого могущественного человека в городе, я поклялся в верности.
«Дай мне передохнуть», — - сказал Вадим Чернов, обходя меня сбоку. Было темно, особенно на улице, по которой мы шли. Район был хорошо известен недавними ремонтными работами, большинство коммерческих предприятий пытались начать новую жизнь. “Ты наполовину владелец самой престижной юридической фирмы в Нью-Йорке, если не на Восточном побережье. К тому же, я владею половиной полицейского управления. У тебя никогда не было проблем." Пахан всегда был уверен в себе, этот человек был настоящей силой внутри Большого Яблока.
С другой стороны, у меня самого был чертовски большой вес.
«Да, ну, я беспокоюсь о другой половине». Мое ворчание не помешало мне вытащить оружие, убедившись, что у меня полный магазин патронов.
«Перестань волноваться. Мне нужен кто-то, кому я могу доверять, а Сергей в отпуске, необходимом, должен добавить. А Максим навещает свою мать в больнице. Я жестокий ублюдок, но не совсем бессердечный.».
Он был добр к своим людям, двум его капо хорошо платили за защиту своего Пахана.
За нами тащились еще трое солдат, но на сегодняшний вечер мы были стражами порядка. «Ладно. Давай просто покончим с этим», — сказал я ему.
«Горячее свидание?»
«Да, придется иметь дело с тяжелыми показаниями».
Он рассмеялся, его глубокий голос эхом отозвался в отвратительном переулке. «Ты, черт возьми, слишком много работаешь. Тебе следует научиться наслаждаться плодами всей твоей усердной работы. Посмотри на меня. Я наслаждаюсь своим свободным временем, наслаждаясь своими военными трофеями после долгого, жестокого рабочего дня».
Его русский акцент сегодня был сильнее, что обычно случалось, когда он злился. А сегодня он был в ярости. Нам повезет, если мы не начнем кровавую войну, которую мне придется помогать убирать, но я понимал его ярость.
Никто не осмеливался пересечь империю Чернова и остаться в живых.
«Угу. Эта твоя женщина обвела тебя вокруг пальца».
«Тебе стоит попробовать. Почему бы не купить жену?» — смеялся Вадим, пока мы шли по улице.
Я нарочно кашлянул. «Стопроцентный холостяк».
«Ты состаришься в одиночестве, мой друг».
«Мудак. Куда мы, черт возьми, идем?» — спросил я, осматривая улицу. У нас была своя доля врагов, поскольку мало какие организации ценили Братву.
«Это место принадлежит Лучано Бернарди».
«Дон Коза Ностра?» Коза Ностра была давним врагом, отдельным от организации Стефано Марино, но до недавнего времени наши две организации следовали негласному правилу. Не лезь на территорию друг друга. Все изменилось с недавним нападением на одно из наших предприятий.