Неординарная наследница.
Друзья детства.
Неужели уже слишком поздно...
Выходец из знатной семьи повеса Харрисон Арчер возвращается в Нью-Йорк и узнаёт, что покойный отец разорил семью. Чтобы спасти положение, он вынужден срочно жениться на богатой наследнице. В качестве свахи Харрисон выбирает ту единственную, на которой всегда хотел жениться: подругу детства и истинную любовь - Мэдди, ту, что когда-то разбила ему сердце, а теперь помолвлена с герцогом.
Для настоящей любви?
Когда её лучший друг Харрисон, не сказав ни слова, уехал в Париж, Мэдди Вебстер всецело посвятила себя теннису. Теперь Харрисон вернулся и нуждается в её помощи в поиске невесты. Мэдди неохотно устраивает приём в Ньюпорте, куда приглашает подходящих наследниц. Но наблюдать за тем, как Харрисон флиртует с потенциальными невестами, – выше её сил.
Когда Харрисон и Мэдди встречаются вновь, между ними разгорается страсть. Но время уходит, вскоре каждому придётся вступить в брак. Их судьбы предрешены... или любовь может их освободить?
Глава 1
Нью-Йорк, 1895 год
Никому так сильно не хочется быть бедным, как богатому.
Харрисон Арчер, одетый в свой самый поношенный костюм, постукивал себя по колену кончиками пальцев и изо всех сил старался успокоиться. Что было практически невозможно, находясь в доме, где он вырос в окружении членов семьи, по сравнению с которыми гадюки казались дружелюбными.
"Не забывай, зачем ты здесь".
И в самом деле всё, ради чего он так упорно трудился, находилось на расстоянии вытянутой руки.
Месть.
Он долго вынашивал план. По сути, три года. Три года Харрисон учился и плёл интриги в Париже, делая всё возможное, чтобы сколотить состояние, и терпеливо выжидая подходящий момент.
И вот момент настал.
Арчеры были слабы. На грани разорения. Стоимость акций их компании опустилась до минимума за последние двадцать лет. От следователей Харрисон узнал, что отец, умерший восемь месяцев назад, использовал средства компании для покрытия личных долгов в течение десяти лет. У Томаса Арчера, брата Харрисона, очевидно, напрочь отсутствовало деловое чутьё, потому что, когда он занял пост президента, положение компании только ухудшилось.
Всё это вполне устраивало Харрисона. Уничтожение Арчеров шло полным ходом.
Они ничего не заподозрят и, конечно, не подумают на сына, которого считают не более чем расточителем и недоумком.
Мать втянула воздух сквозь зубы и скользнула холодным взглядом по младшему сыну.
– Не могу понять, почему тебе потребовалось так много времени, чтобы вернуться домой, Харрисон. Твой отец умер больше полугода назад.
Харрисон провёл руками по своим старым брюкам из грубой шерсти.
– Ты про того отца, который отрёкся от меня три года назад? Забавно, но никто не прислал мне билет до дома, чтобы я смог поприсутствовать на похоронах.
– С какой стати нам посылать тебе билет? – Она вздёрнула нос, как будто в комнате неприятно запахло. – Учитывая всех любовниц и вечеринки, о которых мы слышали, ты, без сомнения, можешь позволить себе билет на пароход.
Харрисон мог позволить себе практически всё, что угодно, но об этом семье знать не стоит. Они должны считать, что он бедный и бестолковый, и не представляет никакой угрозы для их драгоценного мирка.
– Вряд ли это сейчас имеет значение, поскольку я всё-таки приехал.
– И слава богу. – Томас раскачивался в кресле за письменным столом, ведя себя как наследный король. Однако брата выдавала паника, таящаяся в его голубых глазах. Харрисон наслаждался отчаянием, витавшим в комнате. Он хотел насытиться их тревогой, насладиться ею, словно прекрасным вином.
Томас кивнул в его сторону.
– Как раз вовремя, должен добавить. Полагаю, ты получил мою телеграмму.
На самом деле телеграмм было шесть с одним и тем же вопросом, но к чему препирательства. Харрисон полез в карман пиджака, вытащил последнюю и бросил листок на стол.
– Я приехал в Нью-Йорк только для того, чтобы лично сказать "нет".
И, конечно, для того чтобы разорить семью, но пока он не мог разыграть эту карту. Акции "Арчер Индастриз" всё ещё торговались на бирже.
Но это ненадолго. Совсем ненадолго.
Сегодня Арчер навестил семью лишь для того, чтобы понаблюдать за тем, как они будут изворачиваться, когда он отклонит их просьбу.
– Ты не можешь отказаться. – Томас хлопнул ладонью по гладкой столешнице из орехового дерева. – Нам нужно, чтобы ты женился на богатой наследнице и быстро.
– С чего мне соглашаться?
– А разве это не очевидно?
– Не для меня.
– Иначе мы потеряем семейную компанию. Наш дед основал "Арчер Индастриз" ещё до войны. Мы не можем стать теми, кто её погубит.
Харрисон выгнул бровь.
– Мы?
Мать фыркнула и стукнула тростью по полу.
– Харрисон, хоть раз в своей никчёмной жизни, не отвлекайся.
Замечание задело за живое, оно напомнило ему о детстве и жизни, полной страданий в этом доме.
Почему ты не можешь быть похож на своего брата?
Почему ты не можешь сидеть спокойно?
Почему ты никогда не делаешь то, что тебе говорят?
В детстве он был непоседливым ребёнком и не мог подолгу сосредотачивать внимание на чём-то одном. Этим он раздражал практически всех вокруг, включая няню и воспитателей. Мать наказывала его ледяным молчанием, в то время как отец прибегал к физическим истязаниям. Очень болезненным. По мере того как братья взрослели, Томас начал высмеивать Харрисона, выводя его из себя на каждом шагу и заставляя огрызаться, из-за чего Харрисон казался только ещё более невоспитанным, в итоге став позором семьи. Отец сконцентрировался на Томасе, идеальном брате, а Харрисон отошёл на второй план.