— Ну так что? — спросил он. — Что выберешь?— Выносить меня не надо, пожалуй, — сказал я. — Если тебе какая-то информация нужна… Ну, мы сюда часто приходим, но меня, похоже, практически с каждым рейсом будут отправлять. Потому что лекарства будут. Лекарства нужно продавать.— Вот и отлично, — сказал он. — Сдавать их теперь будешь напрямую Авенирычу. И ему же все рассказывать, что выяснил.

— Ты мне лучше вот чего скажи: чего твои с нашими закусились, когда за гуманитаркой ходили? — все-таки сделал я ответный ход. — Наши ведь первыми этот груз нашли, а они его под стволами отобрали.

— Ну, потому что это на нашей территории груз, — ответил Жирный. — А все, что на ней — наше. Нечего было залупаться.

— Ну и в конце концов… Ты всё-таки подмять Секу под себя хочешь? — спросил я.

— Напрямую — нет, — ответил Жирный. — Но раз мы с тобой говорим начистоту, есть у меня интересы в этом районе, и мне хотелось бы, чтобы они… Как бы это сказать? Книги про рыцарей читал?— Было дело, — ответил я. Кто же в пятнадцать лет не увлекается рыцарскими романами?

О том, что я кучу времени потратил в глобальных стратегиях про Средневековье, Новое время и прочие исторические эпохи, сейчас говорить было не в тему. Потому что об этом вообще говорить не следует. Особенно при женщинах, потому что тебя за немытого задрота примут. Но средневековые законы и понятия я знал.

— Мне не хочется прямого конфликта. Но раз уж ты читал эти романы, — продолжал Жирный. — Хотелось бы, чтобы Сека принял меня за сюзерена.

— Ага, дал клятву верности, — я чуть усмехнулся. — Ты же понимаешь, что не будет этого?— Может, и будет, — проговорил Жирный. А потом добавил. — Ну, раз ты теперь стукач, то должен что-то мне слить. Какую-то информацию. Что ты знаешь интересного?

И вот тут настал момент мне разводить руками — потому что не знал-то я совершенно ничего. Вообще никакой информации, которая интересовала бы Жирного, у меня не было.

— Слушай, я тебе честно скажу, — я сделал как можно более открытое и искреннее лицо. — Я в банде человек новый. Меня подобрали буквально пару недель назад, когда я у них на районе в аптеке шарился. Сперва отпиздили, естественно, но потом поняли, что я человек полезный.

— А как так получилось, что приняли? — заинтересовался Жирный.

— Ну… Вылечил я Секу. Ему кто-то ногу прострелил, а я помог. Операцию провёл, — так скажу, важнее звучит, а не что я там корнцангом просто пулю выковырял.
– Потом уколы делал, перевязки, ухаживал, короче.

— Так ты всё-таки врач? — спросил он.

— Да. Насчёт того, что в аптеке работал — не пиздел. Действительно долгое время там проторчал. Но свои причины есть.

Сам подумал о том, что про заболевание своё говорить не буду. Не то сейчас время и место. Да и к психам сейчас настороженно все относятся — сф ведь типа нестабильные

— Бля, так не пойдет, — сказал Жирный. — Нужен секрет. Причем такой, что тебя за него вздернут. Думай.

— Да не знаю я ничего. Но в ближайшее время могу что-то узнать, — решил я все-таки подсластить пилюлю. — Сека мне верит, он меня приподнял, группу дал. И сам видишь, на разведку меня отправили. Значит, доверяет.

— А на хуй ты вообще терся тут? — спросил Жирный.

— Да вот хотел узнать, какие у тебя планы по поводу нашей группы, — только и оставалось ответить мне. — Собственно, для этого меня и отправили.

— Ну, если бы ты в своё время не быканул, то у тебя, может, что-то и получилось бы.

Он тяжело вздохнул, неловко взял бокал левой рукой — я заметил, что у него мизинец не двигается. Глотнул, после чего спросил.

— Насчёт груза — передашь всё-таки весточку? Скажешь, что есть одна крупная замута. Нам самим вытащить её вряд ли получится. Но если все вместе соберёмся — то вполне.

— На территорию вояк придётся идти? — спросил я.

— Ну да, понимаешь, — ответил Жирный. — И всё там не так просто, как может показаться. Так что лучше это делать с умелыми людьми. К тому же это сразу за вашей территорией. И если уж между нами конфликт, мне не хотелось бы, чтобы вы там моих людей приняли, постреляли, а потом на военных свалили. Так что будет у меня для Секи деловое предложение.

— Хорошо, передам, — ответил я.

— Если согласен, расчётное время — двое суток. Выдвинемся отсюда. Пусть приходит с группой. Или отправит кого-нибудь, он же сам особо не ходит никуда, все больше Бека гоняет.

— Хорошо, без проблем, — снова повторил я.

— Ну тогда допивай коньяк, забирай свои бабки — и иди. Двое суток, опять же, — я сказал, — времени не так много.

Я залпом опрокинул в себя содержимое стакана. Встал, подошёл, взял пачки. Пересчитывать не стал — думаю, обманывать он меня не будет.

— Только помни, что ты теперь мой человек, понял? — он чуть надавил голосом.

Ну да, думай, что напугал меня, жирдяй. Хотя сейчас лучше растерянность сыграть. Я неряшливо сбросил бабки в рюкзак, закрыл клапан, закинул за спину и двинул наружу.